DarkStory

В детстве у меня был брат-близнец. Мы с ним играли в одни игры, одевались в один цвет, говорили порой одновременно. Как сейчас помню мамин зов на обед: «Аркаша, Саша, обед!» И мы бежали на перегонки н

Эту историю я услышала от кондуктора в рейсовом автобусе своего города.

Арсеньев — очень маленький город, но тихим его назвать трудно — то расчлененные трупы возле гаражей находят, то детские головы,

Начать я хотел бы с того, что прямо сейчас я не имею ни одного сраного понятия, почему публикую это здесь, в /x/, или почему вообще это публикую. Может, потому что боюсь умереть или что-то типа того.

Порой обращаю взор в прошлое, и все значимые события жизни мне видятся комнатами в длинном сером коридоре. Некоторые комнаты светлые, излучающие радость, другие – тёмные, мрачные, в них не хочется зах

— Сколько же нас осталось? Людей, а не этих облученных мутантов? Я знал, что так будет, знал... Мне не верили, но теперь все мертвы, и никто не назовет меня безумцем...

Так бормотал себе под нос Кири

Главное — укрыться одеялом под самый подбородок и подоткнуть его плотно к предплечью. Тогда никто не доберется до горла и не задушит. Для большей уверенности — ведь одеяло может сползти во время сна,

Озвучка (альтернативная концовка)

Сам не помню, как это началось. Но мама однажды рассказала, как я напугал ее до смерти.

Было мне тогда года два. Я довольно рано научился говорить и болтал без умо

Где гнутся над омутом лозы,

Где летнее солнце печет,

Летают и пляшут стрекозы,

Веселый ведут хоровод.

«Дитя, подойди к нам поближе,

Тебя мы научим летать,

Дитя, подойди, подойди же,

Пока не про

Устраиваясь на работу, я, конечно, отдавала себе отчёт, что она опасна для жизни. Летом в маленькой детской библиотеке всегда есть риск умереть от скуки. Но в небольшом провинциальном городишке, где т

Ездил я как-то летом, будучи ещё совсем маленьким (3-4 года), к бабушке в деревню. Деревня находится в сотне километров от Сыктывкара и чуть ближе к Усть-Кулому, в семи километрах от ближайшего крупно

Посвящается брату и маме. Впервые публикуется здесь.

На момент истории мне было лет 5-6, в школу я не ходил, а в садик я не пошел, потому что заболел. В детстве я вообще был болезненным ребенком, и

В роли страшилки эта история Н астолько П лоха, Ч то Д аже Х ороша. Хотя она и пытается казаться страшной, её истинная цель отнюдь не в запугивании.

Скелет-Душитель

Неделю назад моя любимая тетка покончила с собой.

У нее был сын, то есть он и сейчас есть — Кирюша, мой двоюродный брат. Тетя его в 42 года родила, до этого не могла родить вообще — выкидыш за выкиды

Есть истории, которые интересно рассказывать, есть такие, о которых говорить стыдно. Но есть и те, о которых лучше молчать. Я не могу заставить вас поверить в свою историю, но расскажу хотя бы для инт

Я не помню уже, как меня занесло в тот дом для душевнобольных. Точнее, он назывался реабилитационным центром. Но суть одна — психушка. Вроде, это было в пору моей волонтерской юности, когда я с компан

История эта началась летом, когда мы всей компанией поехали на рыбалку с палатками. Селигер — красотища неземная! Воздух, солнце, вода сверкает и так и зовет окунуться. Днем катались на лодках, рыбачи

В тысяча девятьсот девяносто пятом друзья настоятельно советовали мне сменить обстановку. Посещали меня они нечасто: у всех свои дела и семьи. А я, похоже, внушал серьезные опасения. Я тогда был немно

Мы привыкли прятаться от ужасов окружающего нас мира за красивой ложью. Да, серийные убийцы существуют, но не в нашем районе. Некоторые люди умирают, крича от ужаса, но со мной такого не случится. В

Когда Мелиссе исполнилось четырнадцать, отец продал ее варщику по кличке Дизель за два фунта метамфетамина и убитый «реднековский Феррари» — Понтиак Файрберд.

Днем Дизель держал Мелиссу в трейлере, п

Одна из самых старых баек, которую во Флориде рассказывают и по сей день - это, конечно, та, что про Бадди Джонсона - охотника на аллигаторов, умевшего ходить по воде аки посуху. Хотя сейчас трудно

Ложке не нравилось.

Ложке очень не нравилось, что в ней сидит Жрун. Но она ничего не могла поделать.

– Ну же, солнышко, еще одну ложечку, – говорила мама, склонившись над высоким детским стульчиком.