DarkStory

Три дня купеческая дочь

‎Наташа пропадала;

Она на двор на третью ночь

‎Без памяти вбежала.

C вопросами отец и мать

К Наташе стали приступать.

‎Наташа их не слышит,

‎Дрожит и еле дышит.

Тужила

Октябрь. Не знаю, какое точно число.

Нас осталось шестеро. Рыжей девчонке,

Той, что мы подобрали на бензоколонке,

Не повезло.

Не знаю, зачем ее понесло

В тот дом. Ну да, он выглядел чистым,

Но к

В старом особняке с колоннами вдоль фасада,

С трещиной сквозь фронтон и тусклым стеклом окон,

С зарослями плюща и дикого винограда,

Щупальцами плетей опутавшими балкон,

Было два этажа и комната в

Все люди умерли под Новый год.

Что там случилось, черт их разберет,

Но от Аделаиды до Москвы

Они мертвы. Все, наконец, мертвы.

Еще вращает лопасти вода,

Еще гудят над лесом провода,

И не один бе

Всадник ехал по дороге,

Было поздно, выли псы,

Волчье солнце - месяц строгий

Лил сиянье на овсы.

И внезапно за деревней

Белый камень возле пня

Испугал усмешкой древней

Задрожавшего коня.

Тот

Наполеон восстает из гроба. Орасс Верне, 1860

По синим волнам океана,

Лишь звезды блеснут в небесах,

Корабль одинокий несется,

Несется на всех парусах.

Не гнутся высокие мачты,

На них флюгера не

Описываемые здесь события не поддаются никакой логике. Будьте готовы увидеть по-настоящему странные вещи.

Застрелить надумал дрофу Мужичок по кличке Гофр И собрался на охоту В направлении болота. Дал

Доброй ночи, космонавт.

От своих забот устав,

Спи спокойно, сладких снов,

Хоть бы парочку часов.

Не волнуйся, ничего

Не случится оттого

Что немного отдохнешь.

А пока ты прикорнешь,

Шлюз тихон

(Баллада)

Конторская книга - капкан для душ,

Силки, долговой острог,

Держатель которого, мистер Скрудж,

Сквалыжен, прижимист, строг.

Случилось, что в святки, на рождество,

Когда серый день по

Эта история не редактировалась. Её орфография и пунктуация сохранены в своём первозданном виде.

Русалка

С досок старого дощаника

Я смотрю на травы дна,

В кресла белого песчаника

Я усядуся одн

-Боже, ответь, это раб твой Иона, если помнишь такого.

Вокруг меня только рыбные потроха, мерзость и нечистоты.

Я три дня и три ночи молился тебе во чреве китовом,

А теперь никак не могу понять, гд

Слабый шорох вдоль стен, мягкий бархатный стук

Ваша поступь легка - шаг с мыска на каблук

И подернуты страстью зрачки, словно пленкой мазутной.

Любопытство и робость истома и страх

Сладко кружитс

Российская хоррор-панк-группа "Король и Шут" существовала с 1988 по 2014 год. Песни "КиШ" — это мрачный, колдовской мир, в котором полно самой разнообразной чертовщины. Творчество группы включает в се

Эта история была написана участником Alexbrain. Пожалуйста, не забудьте указать источник при использовании.

Капитан делал записи после работы

Почерком, похожим на укусы пираньи,

Было видно, чт

Однажды иду вдоль реки

Слышу — ребёнок истошно кричит

Смотрю — никого

Вдруг слышу — ребёнок истошно кричит

Смотрю — вокруг никого.

Смотрю — это дерево на ветру скрипит

Это оказывается дерево так

Детское сознание не способно к глубокому анализу событий. Дети воспринимают все происходящее вокруг как должное впоследствии воспроизводя пережитые события в своих играх, переосмысливая их на свой лад

По ночам, на кладбище хозяин

Ждет своих врагов на карнавалы.

Ждет своих любовниц на шабаш.

По ночам на кладбище хозяин

Ждет своих начальников на ужин,

Подчиненных ждет на погребенье,

Ждет детей…

Эта история не редактировалась. Её орфография и пунктуация сохранены в своём первозданном виде.

В роли страшилки эта история Н астолько П лоха, Ч то Д аже Х ороша. Хот

Мы шли дорогой горемык искать свою судьбу.

В одной деревне на ночлег старик пустил в избу.

Мы пили крепкий самогон - хозяин был к нам добр.

Река бежала за окном, шумел сосновый бор...

Я пью чуть

Мы с другом шли. За вывескою «Хлеб»

ущелье дуло, как депо судеб.

Нас обступал сиропный городок.

Мой друг хромал. И пузыри земли,

я уточнил бы — пузыри асфальта, —

нам попадаясь, клянчили на банку

Эта история таит в сюжете загадку, либо скрытый смысл. Рекомендуем быть внимательнее к деталям.

Я торчу одиноко в квартире,

За окном лишь сирены гудят.

Неужели теперь в целом мире

Сам устой мироз