DarkStory

Сорвавшись в горную ложбину,

Лежу на каменистом дне.

Молчу. Гляжу на небо. Стыну.

И синий выем виден мне.

Я сознаю, что невозможно

Опять взойти на высоту,

И без надежд, но бестревожно,

Я нити г

Треснул купол земного пространства,

Предвещая грядущий конец, —

И в разлом христианского царства

Молча глянул языческий жрец.

Осмотрелся средь шума и срама –

И костлявой рукою своей

Втиснул плит

Говорят, что я вовсе не умирала…

…Те мальчишки, с которыми я играла,

Повзрослев, со мной оставались мало,

Обещав потом позвонить.

Полагаю, что кто-то меня и помнит,

В заоконном пространстве кварт

Когда в городе гаснут праздники,

     Когда грешники спят и праведники,

     Государственные запасники

     Покидают тихонько памятники.

     Сотни тысяч (и все-похожие)

     Вдоль по лунной идут

Обсуждение этой статьи как минимум не менее интересно, чем её основное содержимое.

Опять начался самосбор.

Сирены взвыли в одночасье.

Почти закрыв гермозатвор,

Услышал зов я,

Сквозь ненастье…

См

Эта история не редактировалась. Её орфография и пунктуация сохранены в своём первозданном виде.

Когда он вернулся оттуда, куда,

Во сне он кричал и бомбил города,

И духи казались ему,

Курить он вст

Если можешь, ответь, что такое луна:

Светлый ангел, пришедший из детского сна,

Чёрных тварей безумия белый оскал,

Отраженье лица в коридоре зеркал.

Не сломить, не забыть притяженья луны.

В полно

Я в твоем стоял подъезде, ждал естественно тебя.

На своем обычном месте, батарею теребя.

Что зимою согревала нас с тобою вечерком

Батарея вдруг отпала, окатила кипятком.

Управдом дом дом

Управдом

Тут лес становится мрачнее,

А деревья те черней,

Ветвями безлистыми укрывая небосвод,

Уводя меня всё дальше, глубже,

Где чернеет горизонт.

Тут птицы не поют и звери жалобно скулят.

Тут чистый п

Так хорошо: был стол как стол.

Я не писал. Никто не шел.

Все лучше было, – горе!

Я думал; я и не молюсь.

И тут-то в комнату мою

ворвался Белый Голубь.

Во мраке муха не взревет.

Звезда саму себя

LXXVIII

СПЛИН

Когда небесный свод, как низкий склеп, сжимает

Мой дух стенающий и, мир обвив кольцом,

На землю черный день угрюмо проливает

Суровый горизонт, нависнувший свинцом;

Когда весь этот

∗ ∗ ∗

А над Петербургом, бестолково судьбу кляня,

Пролетает ночами чёрная простыня,

Ей хочется пахнуть крахмалом, мыться в тёплой воде, не иметь когтей,

Ей не нравится летать, воровать детей.

В моей комнате темно.

Я сижу, смотрю в окно –

Гул дневной все затихает,

И молчанье наступает.

А когда застынет ночь –

Я как статуя точь-в-точь.

В темных комнатах один

И для взглядов невидим.

В одной из стран, где нет ни дня, ни ночи,

Где ночь и день смешались навсегда,

Где миг длинней, но век существ короче.

Там небо — как вечерняя вода,

Безжизненно, воздушно, безучастно,

В стране, г

Эта история Н астолько П лоха, Ч то Д аже Х ороша. Она претендует на серьёзность, но написана так плохо, что может вызвать лишь смех.

Кто он, летящий без крыльев в ночи?

Давно события те были,

Но о них люди не забыли,

А дом, стоящий на окраине,

Хранящий дьявольские тайны,

Заброшенный, сырой, пустой

Каждый обходит стороной.

В том доме раньше жил старик,

Любил он

Это должно случиться. Время вышло, колокол бьёт.

Если не нынче, то когда же, если не здесь, то где?

Скажем, вчера ещё могло быть вовсе наоборот,

но уж теперь спастись и думать нечего. Быть беде.

Н

День словно в стороне висел, нас как бы не касался.

Он выдался не хмур, не скор, не более весом,

чем всякий дар небес, и нам последним не казался.

А это был последний дар. И никаких потом.

Но кто

Вот открыт балаганчик

Для веселых и славных детей,

Смотрят девочка и мальчик

На дам, королей и чертей.

И звучит эта адская музыка,

Завывает унылый смычок.

Страшный черт ухватил карапузика,

И ст

Пёс их знает, бродяг, для какой они пользы, бродяги?

По каким по таким ордерам принимать их в расчёт?

В чём желательно было бы с ними сойтись? В чём не стоит?

Да и есть ли они вообще. Кто их видел,

Где гнутся над омутом лозы,

Где летнее солнце печет,

Летают и пляшут стрекозы,

Веселый ведут хоровод.

«Дитя, подойди к нам поближе,

Тебя мы научим летать,

Дитя, подойди, подойди же,

Пока не про