Create Next App

С тетей Эльвирой у меня всегда были теплые отношения. Своих детей у нее не было, и если моя мама — ее младшая сестра — просила посидеть со мной, та всегда охотно соглашалась. На протяжении многих лет мы были очень дружной родней.

Когда мама забеременела моей сестрой Катей, отношения в семье резко охладели. Беременность протекала очень тяжело, вслед за ней пришел черед послеродовой депрессии. Кате было всего шесть месяцев, а мне — девять лет, когда наши родители развелись. Мать срывалась на отце по любому поводу, и долго терпеть это он не смог — ушел. Тетя Эльвира по непонятной причине оказалась в немилости еще тогда, когда мама только узнала, что беременна.

Я продолжала общаться с тетушкой, хотя и гораздо реже. Забегала после уроков на чай, помогала мыть окна, поздравляла с днем рождения. Мама открыто этому не препятствовала, хотя было видно — ей мои “похождения” не по душе. Она намекала, что лучше бы я больше сидела с сестрой. Капризной, ворчливой Катей…

Общение с тетей Эльвирой продолжилось, даже когда мы с мамой и сестрой переехали из родного Черномедска в соседний городок. Я все равно регулярно навещала женщину, которая стала для меня второй матерью. Эльвира никогда не пыталась настроить меня против родной мамы — наоборот, всегда жалела ее и как-то тревожно интересовалась, как у нее дела.

Сейчас я часто размышляю о том, как сложились бы обстоятельства, не предприми я попытку воссоединения семьи. Точнее, воссоединения двух сестер — мамы и тети Эльвиры. Может, все осталось бы как прежде, и мне никогда бы не пришлось соприкоснуться с чем-то необъяснимым. Не пришлось бы мучиться от страшных подозрений, вглядываясь украдкой в Катино лицо. Не пришлось бы бояться, что чем-то выдам себя. А может, произошедших событий было в любом случае не избежать — как нельзя избежать оползня, если чей-то крик уже потревожил горные породы.

∗ ∗ ∗

Я ехала к тете с четким намерением — пригласить ее на Катино восемнадцатилетие. И уговорить пойти на него любой ценой. Мама с Катей добро уже дали, хотя и неохотно. Все должно получиться! Сколько можно держать в себе дурацкие обиды?!

Когда тетя Эльвира открыла дверь своей квартиры, я сразу поняла — что-то не так. Растрепанные волосы, мятая футболка, потное раскрасневшееся лицо — все это было совершенно непохоже на мою опрятную тетушку. Наверно, приболела… или разбирается с какими-то проблемами.

— Все в порядке? — встревоженно спросила я.

— В порядке. А что? — тетя Эльвира посмотрела мне в глаза, но быстро отвела взгляд.

— Просто… Ты какая-то не такая.

Тетушка промолчала. Я сняла обувь и протянула ей небольшой крафтовый пакет с подарком — рафаэлками, открыткой и маленьким букетиком сухоцветов.

— Это тебе!

—Туда поставь, — небрежно бросила тетя, показывая на тумбочку у входа в спальню. Не глядя на меня, она пару раз кашлянула и пошла на кухню. Я заметила, что тетка поправилась. Даже голова как будто стала больше.

— Скажи честно, я не вовремя? — робко спросила я. — Я могу заехать в другой раз.

— Нет, нормально все. Ты извини. Просто… климакс по ходу начинается.

Я немного смутилась. Да, возраст у тети Эльвиры как раз подходящий. Приливы жара, набор веса, проблемы с настроением — все симптомы сходятся! Эх, как же это все не вовремя…

Я хотела пройти на кухню, но тетя Эльвира предложила попить чай в зале — мол, там уютнее. Что ж, хозяин барин. Проходя мимо кухни, я увидела на столе маленькую дыньку. Она вся была искусана. Кто-то ел плод, вырывая из него куски прямо вместе с кожурой. Склизкие семечки были разбросаны по всему столу, часть валялась даже на полу. Мне стало не по себе.

Уже сидя в зале и попивая пустой чай, я решила отменить намеченный на сегодня разговор. Тетушка Эльвира вела себя странно. День однозначно неподходящий. Время еще есть — до Катиной днюхи оставалось больше недели. Приеду попозже и тогда уже все выложу.

Однако тетя Эльвира неожиданно сама направила беседу в нужное русло.

— Ну что, как там дела у вас? Катьке скоро восемнадцать, большая девка уже. — сказала тетка, избегая прямого зрительного контакта. — Чем думает заниматься?

— Да, как раз об этом… Мы хотим отметить дома, в узком кругу… по-семейному… — я нервно вздохнула. — И, в общем, мы приглашаем тебя тоже. Приходи. Мама тебя ждет. И Катя. — мне стало стыдно, что приглашение получилось таким жалким. Вообще-то я планировала сказать красивую, трогательную речь.

— И даже Катя? — тетя Эльвира странно усмехнулась. — Как же.

Я молчала какое-то время, обдумывая, что сказать дальше. Катя никогда не предпринимала попыток подружиться с нашей тетушкой. Она в целом росла замкнутой, угрюмой девочкой. Любимое ее времяпровождение — в одиночестве в своей комнате. Одному Богу известно, чем она там часами занималась. С Катей было сложно поддерживать отношения — она была “планетой на своей орбите”. Далекой, холодной и недружелюбной.

— Да, и даже Катя. Она не против. — Тут я немного приврала — на самом деле моя сестра вовсе не хотела приглашать на свой день рождения по сути незнакомую женщину. Это я, я ее уговорила! До сих пор помню, какое было у Кати недовольное лицо, когда она нехотя согласилась поддержать план по примирению мамы и тети Эльвиры.

— Ты чего творишь-то? — тетины глаза как-то недобро блеснули.

— В смысле? — я почувствовала, как мои подмышки предательски взмокли.

— Ты думаешь, я тебя не знаю? Ты в каждой жопе затычка. Организаторша наша пиздодельная. Все за всех блять решаешь. Всем инструкции раздаешь.

Я сидела, как громом пораженная. Слова, которые я только что услышала, просто не могла произнести моя добрая тетушка. Не могла. Разве можно услышать это от того, кто на тебя даже голоса за всю жизнь ни разу не повысил?! Не говоря уже об использовании мата.

Я почувствовала, что у меня на глаза наворачиваются слезы. Все. Надо уходить.

— Да, ты права. — произнесла я, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. — Я сую нос, куда не следует. Катя должна сама решать, кого приглашать на свой день рождения. И ты имеешь полное право не приходить, куда не хочешь.

Я поднялась с кресла и медленно направилась к выходу.

— Дата рождения у Кати в паспорте какая?

Я снова повернулась к тете, не понимая смысл вопроса. Она разве не знает, когда у Кати день рождения?

— Восьмого августа.

Тетя как-то злобно ухмыльнулась. Она стала похлопывать ладонями по подлокотникам кресла, всматриваясь в пустоту. Ее лицо из красного стало багровым, на лбу выступили крупные капли пота. Взгляд… это был взгляд ненормального, полностью ведомого своими больными идеями.

— Настоящая Катя появилась на свет еще в январе того года. А в августе родилась поддельная. Надувная.

— Что значит… надувная? — я почувствовала, как на коже набухают мурашки.

— Да вот так. Ткнешь ее ножичком — она и сдуется.

Господи… Тетя сошла с ума. Похоже на шизофрению. Надо вызывать скорую.

Я достала из кармана телефон.

— Тетя, тебе нужна помощь, — сказала я, дрожащими руками набирая номер службы спасения.

— Я пойду и принесу настоящую Катю! — неожиданно заорала моя когда-то добрая тетушка и бросилась к входной двери. Я попыталась удержать ее, и телефон выскользнул из моих рук.

— Пусти, БЛЯДЬ! — тетя упала на спину и теперь остервенело молотила по мне руками. Я нависла сверху, встав на колени. В какой-то момент моя рука оказалась прямо над тетиным ртом, и в нее со всей силы впились желтоватые зубы. Я с визгом повалилась набок, и тете Эльвире удалось рывком подняться на ноги.

— Я спасла Катю! Ее вырвали из матки, и подсунули вместо нее фальшивку! Мамка и не заметила ничего! — залпом прокричала тетя, открывая дверь.

Моя чокнутая тетка скрылась в подъезде, в то время как я все еще лежала, скрючившись, на боку. Тете удалось напоследок ударить меня коленом прямо в солнечное сплетение, и дышать было очень тяжело. Рука адски больно пульсировала. Лишь где-то через полминуты я наконец собралась с силами и побежала за тетей. Нужно обязательно найти ее — на улице с больным человеком может случиться что угодно. Не хватало еще, чтобы моя тетушка попала под машину или подралась с кем-то.

Однако тетя Эльвира не успела ни подраться, ни угодить под машину. Спустившись всего на один лестничный пролет, я сразу увидела ее — распластавшуюся на истертых ступеньках, с задранной юбкой, с разбитой головой. Эта картина до сих пор стоит у меня перед глазами с поразительной четкостью. Также я хорошо помню последний тетин монолог:

“Я давно тебе сказать хотела… Настоящая Катя на даче. Я к ней езжу. Она размером с кошку. Ни зубов, ни мозгов у нее не выросло. Я мамке показывала ее в тот день, она сказала, что это кошка ваша котенка недоношенного родила. Но я знала, что это Катя. Знала, что мне не поверят. Есть твари… они убивают настоящих детей. Я… чудом успела спасти. Спроси у Николая Шешелова”.

Потом были крики, звонки, бесконечные вопросы и соболезнования. Скорая ехала долго, и тетушка впала в кому. Уже на третий день она умерла в больнице, не приходя в сознание.

Объясняя матери случившееся, я не вдавалась в подробности. Мне не хотелось снова погружаться в лютый шизофренический бред, услышанный от тети. Катя и вовсе оказалась совершенно равнодушной к смерти родственницы.

Человек по имени Николай Шешелов долго не давал мне покоя. Я даже не была уверена, что правильно расслышала его фамилию. Поисковик выдал, что есть некий Николай Шешелов, специализирующийся на аномальных явлениях. Мда. Спрашивать я у него, конечно же, ничего не буду.

Для меня не стало особым сюрпризом то, что тетя Эльвира завещала мне свою двушку и дачу в Черномедском районе. Жить в тетиной квартире мне не хотелось, поэтому я решила сдавать ее в аренду. Уборка здесь далась мне тяжело — каждая вещь напоминала о горячо любимой второй матери, которая под конец жизни сошла с ума. Однако я даже не подозревала, что ожидает меня на даче.

∗ ∗ ∗

На тетину дачу я поехала уже в середине сентября. Взяла такси. Как сейчас помню — в тот день стояла солнечная сухая погода, отодвигавшая наступление традиционной осенней хандры. Я планировала быстро убраться в доме и исходя из его состояния решить, что делать с дачей дальше. До этого я ни разу здесь не была — тетя за город почему-то никогда меня не приглашала.

Прибыв на место, я первым делом пошла на остановку и посмотрела расписание автобусов. Вернуться решила общественным транспортом, чтобы сэкономить. Нашла рейс через три с половиной часа — времени на уборку как раз должно хватить.

Нужный домик я нашла быстро. Старый, но аккуратный. Белые резные наличники кричали о старомодности, но делали строение по-своему нарядным. Во входной двери была сделана заслонка для животных. При виде нее мне стало не по себе. Кроме зеленого волнистого попугайчика, умершего еще десять лет назад, тетя никогда не заводила животных.

Еще больше вопросов вызвала кухня. Это была даже не кухня, а мусорная свалка. Десятки маленьких пустых бутылочек из-под воды… Куча выпотрошенных банок из-под спортивного питания… Рваные целлофановые пакеты… Какого хрена? Видимо, психическое расстройство у моей тети начало проявляться уже давно.

Я поставила рюкзак с перекусом на табуретку в прихожей и приступила к уборке. Первым делом собрала мусор в большие черные пакеты. Затем занялась борьбой с пылью. Новенький пипидастр быстро поднял пылевую бурю, от которой начали слезиться глаза.

Уже через пять минут уборку пришлось прервать — в левый глаз попала крупная соринка. Слезы полились градом. Я отчаянно оттягивала веки, пытаясь убрать инородное тело. Внезапно правый глаз засек какое-то движение в прихожей. Кто там? Бродячий кот залез в дом? Ох, ну почему я не проверила здесь каждый уголок…

Я успела сделать всего один осторожный шаг из кухни в сторону полутемной прихожей, когда ее внезапно пересекло что-то красно-бежевое. Размером с кошку. У табуретки с моим рюкзаком оно чуть замедлилось, после чего продолжило семенить в сторону спальни. Мне показалось, что в задней части у существа было что-то вроде толстого хвоста, слегка загибающегося книзу.

Я выскочила из окна кухни прямо в кусты малины, не заперев дверь и оставив в доме рюкзак. Слава Богу, телефон остался в заднем кармане брюк — с него я вызвала в деревню такси, даже не глядя на стоимость поездки.

Дачу я сначала думала продать за любую цену. Хоть за МРОТ. Клялась никогда туда не возвращаться. Но потом решила иначе. Этот дом останется моим! Я должна набраться смелости и вернуться туда. Со свежей водой и банкой спортивного питания…

P. S. И все же придется задать Шешелову пару вопросов.

Автор: Лена Ева