Победа

Шла обычная жизнь. Где-то под Бобрянском ехал пыльный скрипучий УАЗ «Буханка», на борту которого красовались отверстия от автоматной очереди. Человек, по самые глаза укутанный в камуфляж, нервно крутил баранку, поглядывая на небо. Поселок был давно стерт с лица Земли войной между Фобией и Филией, двумя соседствующими странами.

Когда перед машиной на дорогу выполз человек в изорванной военной форме, водитель не успел затормозить. Груженый 452-й перемахнул через тело, в салоне отчетливо послышался хруст. Я бы хотел сказать, что водитель остановился, но нет. Он продолжил ехать. Каюсь, я не разглядел цвета его шеврона. А человек продолжил ползти.

Человек в разорванной форме дополз до опушки и упал лицом в неприметный окоп, поросший травой. Его глаза давно уже склевали птицы, язык и губы съели лесные зверьки, но он достаточно быстро нащупал под земляным завалом что-то круглое и потянул на себя. «Вставай, пошли!» И его боевой товарищ встал, приложил несуществующую руку к истлевшему черепу, но пошел не на запад, а на восток, будить других…

Полоса боев была небольшой, и за очень короткое время они разбудили очень многих. Безногих, безруких, разорванных на части, убитых выстрелом в затылок, сгоревших в бронетехнике, просто забытых, умерших от страха и отчаяния… все эти воины повзводно, маршем двинулись домой.

В столице Филии высшее командование во главе с президентом не могло оторваться от экрана, наслаждаясь кадрами атаки живых мертвецов на Фобию. Чиновники хохотали, по-дружески тискали коллег за задницу и поздравляли друг друга с победой, придворный философ, тряся своей козлиной бородой, наспех выдумывал парадигмы и смыслы для происходящего, СМИ разрывались бравадой. Шла обычная жизнь.

Фобия оборонялась как могла. В ход шли дроны, артиллерия, призывники, но марш к столице невозможно было сдержать. Мертвецы никого не трогали, не отвечали на атаки, они просто шли. Когда кого-то разрывало взрывом – останавливались и собирали боевого товарища заново из того, что удавалось отыскать. Армия Фобии отступала, оружие союзников таяло, внезапно оказавшись бесполезным. Филия билась в экстазе.

Когда после кадров со штурмом командного бункера Фобии телевещание страны прекратилось, президент Филии вышел на пресс-конференцию. Он долго говорил о том, насколько граждане Фобии ближе к животным, о повышении налогов на граждан Филии, об исполнении божественного промысла, о новых территориях… Он бы и дальше говорил, но тут в зал вбежал запыхавшийся испуганный сотрудник президентской охраны.

«Мертвые здесь. Здание окружено!»

Шла обычная жизнь.