Первые новые
Стекло было оклеено блестящими пивными этикетками. Где-то там за ним завывал полупарализованный ветер, распинывая хлопья поземки, свалявшейся за несколько дней полной неподвижности. Немного ныли недавно промороженные руки, между пальцами змеилась сигарета. Причудливый театр теней на шершавой стене цинично показывал христианский крест из этих самых наклеек и рамы окна. Лестничная клетка.
- Да ты что, не знаешь о третьем этаже?
- В смысле? - облачко пара окутало растрепанную бородку и под шумок скрылось.
- Да мы тут уже черт знает сколько сидим, вон Коляна д/р здесь отмечали.
- Да, готично, конечно. На лестничной клетке.
Внутренняя улыбка, так и не прорвавшаяся наружу. Тот самый Колян, выхваченный на секунду из маленькой толпы, снова расплылся в месиве незнакомых лиц. Механически пропищала дверь, что-то лязгнуло, изнутри пахнуло округленными испарениями засиженной батареи. Качнулся приторно-желтый кружок лампочки, подъездные призраки непонятных пьянок. Бутылка всеми своими килограммами неприятно оттягивала руку, перекладываю в другую. Как не самого долгожданного ребенка, на локте, небрежно уперев отворачивающейся головкой в бок. Дверь скользко захлопнулась за спиной. На батарее ворковали какие-то девчонки, поигрывая чем-то пластиковым.
- Ай-яй-яй, все бухаете, - Тромб погрозил им пальцем. Интересно, я кого-нибудь из них раньше видел? Вроде да.
- Да мы вообще вот напиток пьем, сами вон...
Циничные словоблудия. Мягкая женская рука меняет траекторию, перехватывает чертово пиво. Да-да-да, что-то там надо было сказать...
И вот теперь спина упирается в бетон, жалкие островки света не мешают всем оставаться в тени - коварные силуэты без имен и лиц, только отдельные осколки знакомых голосов. В глотку льется бурлящееся пиво, переругиваясь с некормленным желудком, и снова становишься забавным наблюдателем - место в первом ряду, невидимый из-за бьющей в лицо актерам жизнерадостности. Это даже не одиночество. Осматриваю группы по интересам - вот слева партия линейщиков, онлайн-призраки. Так, вот этот - Вольт, я его знаю. Или нет. Утепленная куртка, нагловатое лицо, луженая - или не очень - глотка, вот пожалуй и все. Друзья-товарищи, мать их. Вот этот персонаж меня напрягает - очень сложно понять человека, постоянно молчащего, который при этом не сводит с тебя глаз. Похоже, это Колян. Справа - что-то социальное. Там у нас те самые девчонки, совершенно не знаю, откуда взявшиеся. Там же Тромб, что-то вещающий заливистым смехом, щедро пересыпанным сарказмом, прогрессирующий драммер в строгом пальто. Рядом Синнер, гитарист-нарцисс с мягкими русыми волосами, сигаретные завитки и кофейная банка-пепельница. Добро пожаловать черт знает куда.
А здесь я и мой лучший друг объемом в два с половиной литра. Воспаленные глаза, блондинистые патлы и сорок девять килограмм безразличной ко всему плоти в пальто и нечищенных берцах. Откровенно не тянет ни с кем говорить, да и не о чем, кажется. Слова, если и возникают в голове, то тут же карточным домиком рассыпаются на буквы и разбегаются. Отчего-то поднимается настроение, последствия бессонных суток, наверное, развернулись и ушли. В мозгу тихонечко пишется поэма без слов - не так-то легко быть невостребованным поэтом со склонностью к алкоголизму и меланхолии. Синнер громогласно подкалывает Тромба, смеются. Та девчонка, что пониже, включает на мобильнике что-то сопливое. Тьфу ты, Stone Sour.
- А что, 30-30 150 уже нету, да? - Скорчиваю лицо класса "обиженный котенок\ Зигмунд Фрейд в туалете".
- Да это слипы, Ал, ты что? - Тромб откалывается от компании и спускается ко мне, за ним же сползает и Синнер.
- Да ну на. Жесть какая.
Подходит Вольт, снова начинает цитировать какую-то чушь из черт пойми какого русского комедийного шоу. Бред, короче. Мимо кто-то проходит, по цепочке пожимает всем руки. Не замечает меня - так и застываю с поднятой ладонью.
- Да ты че, вы ж уже здоровались. Помнишь, на лавке сидел, - Синнер почти нежно отхлебывает пиво.
- А черт его знает, все равно всех не упомнишь.
Свет погас.
Два огонька сигареты отстали от лампочек всего на долю секунды, чуть дольше продержался надрывающийся мобильник. Сперва он как-то захрипел, точь-в-точь ламповый приемник, а после замолк, и последним исчез голубоватый лучик с экрана, почти осязаемый из-за висящего в воздухе дыма.
- Что за?..
Не знаю, кто это сказал. Только окно бледно рисовало свой крест, пока его не закрыла какая-то другая, более плотная тень. И тут свет снова появился. Я почти подпрыгнул, когда увидел, что сигарета снова тлеет, и в панике бросил ее. Уголек сверкнул между перилами и ушел вниз. Визг ударил очень эффектно - одна из девчонок оступилась и чуть не слетела со ступенек, вторая же как-то нелепо, будто чужой рукой, вцепилась себе в рот, до побеления пальцев. Но глаза оставались холодными. На полу, в шаге от меня, лежал тот самый парень, что со мной не поздоровался. Как-то по-паучьи вывернутые руки обнимали голову, ноги, как у оловянного солдатика, вытянуты по швам. Ни звука, ни крика, ни вздоха.
Первым очнулся Тромб - он перевернул тело и молча уставился на него. Остальные инстинктивно отодвинулись подальше, меня же со щелчком заклинило - мышцы не слушались.
- Не дышит... Он. Не дышит, - Тромба заволокло каким-то туповатым безразличием.
- Мать! Что значит не дышит? Он че, с лестницы навернулся?
- Какое нахрен навернулся? Он же рядом с Комой стоял!
Все автоматически уставились на Кому. Как оказалось, это и была та, что пониже, и которая так и не закричала. Рука теперь оторвалась ото рта, оставив на нем отчетливый красный след, и неровно покачивалась вдоль тела.
- Твою мать, ты что, не заметила, что он падает? - у Вольта угрожающе дрожал голос, балансируя на грани истерических слез и не менее истерической ярости.
- Он не падал...
- Что значит не падал? А какого хрена он здесь лежит???
- Он вообще рядом был... Пока свет не включился...
- Ты че несешь???
- Тихо, Вольт. хватит пургу гнать, - Тромб очнулся и встал, одергивая пальто, лишь бы занять чем-то руки. Я заметил, что сам неотрывно глажу волосы дубовыми пальцами.
- Скорую вызывайте! Че застыли?
Защелкали мобильники. Все еще безымянная девчонка непонимающе смотрела на свой безжизненный аппарат, у Тромба скоро появился такой же взгляд. Какая-то извращенная улыбка проползла по голове, истеричная. Отчего-то, даже не вытаскивая свой, я уже знал, что увижу. Ровным счетом ничего. Никаких признаков жизни.
- Что с телефонами? - почти беспомощно протянул Синнер.
Вольт молча затолкал свой в карман и как-то невнятно уперся взглядом в теневой крест на стене.
Колян - толко теперь я обратил на него внимание - провел ладонью ото лба до затылка и выдохнул, после чего подошел к чьей-то двери и нажал на звонок. Ничего.
- Они, че, электричество вырубили???
- На лампочки посмотри, идиот, - бросил я ему. Оцепенение ушло так же внезапно, как и появилось. На автомате рука заползла в карман и затолкала в рот сигарету. Во рту застыл вкус чего-то коричневого. Кажется, это страх.
- Ладно, Вольт, бери Коляна и дуй вниз, там или найдите кого с телефоном, или в опорку - тут уже походу скорая не поможет, нам менты нужны.
- Хрена ты раскомандовался???
- Ну, как хочешь, - Тромб как-то недобро улыбнулся, - можешь тут покараулить, я с Синнером смотаюсь.
Вольт фыркнул и спустился к Коляну. Я курил и глядел на тело, слушая шаги. Один пролет. На лице у парня не было вообще никакого выражения. Абсолютно бесцветная физиономия. Он не успел даже испугаться. Еще пролет. Глаза закрыты. Какой-то одинокий завиток волос выпал на лоб. Еще пара пролетов. Что-то паренек вообще не похож на мертвеца, хотя, так же я думал каждый раз, когда их видел. Тромб кивнул мне, и я протянул ему свою сигарету. И тут загрохотало. Сдавленным матом прошлось эхо, почти осязаемо лизнув мне щеку, и ушло вверх. Торопливые шаги, сбивающиеся с ритма, прыгающие через ступеньки. Мы свесились через перила - Свет плавно гас снизу вверх. Не по лампочке даже, как будто какой-то жижей затопляло весь дом. И впереди этой фигни несся задыхающийся Вольт.
- Что за нахрен, где Колян???
- Сам, млять, посмотри!!!
Вольт запрыгнул на площадку и, оттолкнув Кому, взлетел выше. Темнота подошла к нам и... остановилась. Меня снова сковало - холод, какой-то внутренний мороз покрыл кожу коркой. Появилось ощущение, что эта тень смотрит на меня, на нас всех, посмеивается... И мгновенно исчезает. В полную силу загорелись все лампы, я, словно кто-то выпустил меня из рук, мешком осел на пол. Загудел затылок. Синнер вжался в стену, волосы его уже успели пропотеть насквозь, Тромб сломал в руках сигарету и теперь бессмысленно пялился на обрубок. Кома медленно поднималась с пола, ошеломленно покачивая головой. Второй девчонки нигде не было - рванула вслед за Вольтом? Стены вращались перед глазами, и - мне показалось? - проклятущий крест вибрировал на стене. Тень вибрировала.
- Вольт, мля! Ты где? - эхо насмешливо прокаркало "где" голосом Тромба и надменно ушло. Синнер, очухавшись, приподнял Кому и усадил ее на ступеньки, почти насильно затолкав в пальцы пиво. Девчонка пила жадно, как последний раз в жизни. Хотя, может, так оно и было. И... Мне снова кажется, или труп на полу начал слегка... улыбаться?
- Вольт!!!
С каким-то грохотом он почти свалился сверху, держась за скулу. Между пальцами проглядывало красное. За его спиной бешено вращала глазами исчезнувшая девчонка.
- Где Колян? - Тромб схватил Вольта за грудки и даже, кажется, оторвал от земли.
Под рукой оказалась довольно глубокая рана, в центре ее был виден подкожный жир, трясущийся паникующим холодцом.
- Внизу он.
- Что случилось?
Вольт отрывистыми движениями вытащил сигарету, уронил, достал вторую, закурил:
- Мы уже почти к двери подошли... И тут свет погас... ну или не совсем погас. Колян остался в темноте, а я... Ну, убежал, - и тут его взорвало, - Вы ж сами видели, нихрена это не обычная тень! Ей на лампочки насрать, сама появляется! И не выпустит...
- Знаешь, Тромб, он, кажется, прав.
- И что нам, мать его, делать? - Синнер отобрал у Комы пиво и мелкими глотками поглощал его.
- Значит, вниз нельзя. Прыгать я не буду, - он ткнул большим пальцем в окошко, - в квартиры нам не залезть.
Тень пошла сверху. Почти мгновенно, наверное, если бы в первый раз мы обратили внимание, то тоже бы заметили, что тень откуда-то пришла. Сигареты мигнули - и все прошло. Только вот наверху лестницы никого не было, только на коврике у чьей-то двери лежало что-то сморщенное, бесформенная черная кукла.
- Твою мать! Твою мать! - ругательствами затопило все. Кома наконец-то начала похныкивать, это новое потрясение разорвало кокон ее шока.
Я вытащил из сумки обрезок трубы:
- Не спрашивайте, нахрена он мне, - и ударил в окно. То мягко спружинило, отдавшись в кистях отвратительной вибрацией.
- Вы как хотите, а я наверх!
- Синнер, хватай Кому и за Вольтом, - Тромб отобрал мое орудие, - там вышибаем дверь на крышу, дальше разберемся.
Я поковылял со всеми. На секунду остановился перед телом девушки, но все же перешагнул его. Напоследок оглянулся... Нет, я схожу с ума. Труп парня отчетливо улыбался во весь свой окоченевший рот.
Вольт наконец-то вспомнил, что рассек лицо, и, достав откуда-то платок, стал зажимать рану. На последнем этаже путь закончился перед решеткой. За ней слегка поблескивала приоткрытая - приоткрытая??? - дверца на крышу. Тромбу хватило четырех ударов, и замок отлетел в сторону. Первой на крышу вышмыгнула Кома, за ней протиснулся Синнер. И тут из-под лестницы чернильным пятном понеслось... Почти завизжав, Вольт рванулся вверх, и на несколько секунд зрение мне отказало - в ничто нельзя видеть. В ничто нельзя видеть. Это не по правилам. И меня потащили за шкирку вниз.
- Очнись, придурок!
И я очнулся. Тень неотрывно шла за нами, Тромб перепрыгивал через ступеньки и непрерывно что-то нашептывал. Проклятый третий этаж снова впился в мозг - труп теперь открыл свои глаза и внимательно изучал потолок, но самое главное - из окна больше не шел свет, если так можно было сказать... Крест был нарисован не тенями, а наоборот, будто кто-то включил негатив. На следующей площадке я упал, и Тромб умчался дальше. Сквоз звон в ушах я слышал эхо шагов, тяжелый удар и хлопок входной двери. И крик. Крик ужаса.
Тень прошла надо мной, но не тронула. Я поднялся и автоматически закурил. Тромб вышел, все в порядке. Он приведет помощь. Нужно просто не дергаться и тихо ждать. Да, ждать. Только почему он кричал? Тени же не было снаружи, правда? Или...
Крепко-крепко зажмурив глаза, я встал и уткнулся носом в ледяное стекло.
Я докуривал последнюю сигарету, свесив ноги с крыши. Рядом сидел Синнер, с отсутствующим видом сбрасывая вниз комья снега. Где-то сзади лежала недвижимая Кома - кажется, она не выдержала, и теперь вряд ли сможет увидеть... Сигарета, наверное, будет последним, что я запомню, а, может, и единственным. Там курить не нужно. Извивающиеся полоски света уже доползли до окон второго этажа, и теперь радостно облизывали тлеющие стены. Кажется, Тромб теперь с ними. Дурак.
- Ну что, пошли?
- Пошли, - устало ответил Синнер и сбросил последний снежок.
Нужно же просто посидеть и послушать, и нас научат видеть, как остальных. Последние старые, первые новые.