Стрельба в доме на Остроуховской
Коалиция Социалистических Государств Северины,
город Торшин, 3199 г.
Фургон черного цвета медленно катился по Остроуховской, спаиваясь с предрассветной мглой. В салоне было тихо, только монотонно шумел двигатель и потрескивал спецприёмник. Зеркало заднего вида отражало молодое лицо со спадающими на лоб, седеющими волосами. Глаза изредка стреляли на приборную панель.
В свете фар бежал избитый асфальт, который, казалось, бесконечно тянулся в темноту улицы. Справа рос гигантский монострой - длинный дом с обветшалыми балконами и черными окнами. В КСГС их возводили с одинаковыми планировками, чтобы экономить время. И идеологическая мысль здесь непременно присутствовала; «Справедливость есть равенство!» - скандировали плакаты на цепеллинах, купавшихся в загазованном небе.
Многоглазый, стянутый паутиной ржавых труб, дом спал, пока в его трещины вонзались потоки ветра, занося под кирпичную шкуру поздний декабрьский снег. Крыша великана хоронилась под навесом тумана. Сегодня им застелило весь район на окраине Торшина.
На бортовой панели шикнула рация.
- Артур, как дежурство? – донесся мужской голос.
- Катаемся, вахмистр. Ничего такого. – отвечал зеленоглазый.
- Мне из гарнизона звонили сказать, что все спецбригады на выездах.
- Неужто все? – удивился водитель.
- За исключением резервных. Паразитариумы бесятся. Агрессивные, сообщают.
- Давно такого не припомню. Потери?
- Точно есть раненые.
Ответом вахмистру был лишь глубокий вздох, и тот, недолго осмыслив, продолжил.
- Для дежурных бригад передаю поручение коменданта гарнизона: если что-то надежурите, то сразу инцидент не регистрируйте. Доложите мне и наблюдайте за развитием событий. Без резолюции в системе.
- Почему ж без резолюции?
- Сдается мне, что статистику портить не хотят. Будет совещание с Цитаделью в следующем месяце. Последние события изменили картину не в нашу пользу.
- Ребята из дежурных бригад рассказывали, что только у них полтора десятка инцидентов за месяц набралось. Трещали все по швам, как тут цифры стабилизировать?
- Так, как наказал комендант. Не фиксируйте, просто ожидайте. Не лезьте никуда, потому что подкрепления, вероятно, не будет. До связи!
Рация умолкла.
- Илья, слышал? – сказал водитель вглубь фургона.
- Угу. – отозвалось в ответ.
- До сдачи поста осталось недолго, может ничего и не будет. – вполголоса проговорил Артур, мечтательно глядя сквозь стекло на запеленованное небо. Не видать в нем звезд и луны, только густой туман, просеивающий сквозь себя белые крошки.
Остроуховская не заканчивалась. Левая сторона улицы оплеталась прутьями заборов, возведенных рядом с жухлыми деревьями. Монострой тоже не кончался, мелькая вереницей громоздких подъездных дверей. Водитель давно потерял им счет. Колеса фургона то и дело встречались с ямами на старом асфальте, и на одной из них привычно-ровная линия бортового анализатора вдруг заерзала на экране и подскочила к критическим значениям.
- Так…у нас продукты распада. – нервно проговорил Артур, сбавив ход.
- Какой уровень там? – донесло из кузова.
- Концентрация – 5%, на два часа.
Фургон остановился, когда стрелка электрокомпаса зависла, указывая ровно в сторону одного из подъездов. Краской по трафарету над ним накрашено «48». Машина погасила фары. Опершись головой на руль, Артур недовольно глядел через окно на толстую деревянную дверь, вдоль и поперек обклеенную рваными объявлениями.
В кабину вылезла лохматая голова Ильи. Немного безумные и заспанные глаза впились в напарника.
- Надо бы разведать… – авантюрно подчеркнул он.
- Тогда регистрироваться придется. – ответил водитель.
- Брось. Приказ неформальный, мы тоже неформально посмотрим. С коптера окна хотя бы. Надо обязательно понять, что там. А если ничего не увидим, то и дергаться не будем.
- Дело говоришь. Предварительная информация лишней не будет. – отвечал Артур, включая рацию.
На его короткий доклад динамик чертыхнулся.
- Теперь и у вас что ли? Ну и ночь! Не приближайтесь, парни. Понаблюдайте просто. Я вам скажу, когда освободится спецбригада.
В разговор встрял Илья:
- Слушай, мы разведку проведем? Тут у нас колоссальная монка, думаем ей окна коптером просмотреть. С ЦРИ, но без регистрации в ЭСРП, как раз статистику сбережем. А если будет необходимость, то задним числом запишем.
- Илюх, ну вы, конечно, посмотрите…исключительно техникой и без фанатизма, а то знаю я тебя. Не палитесь! Докладывайте промежуточные результаты. Я пока руковода вашего в известность поставлю. Он не спит.
- Водочка разливается?
- Конечно, хах! Ладно, никуда не лезьте. Артур, проконтролируй. Ваши задачи: выявление и первичка в случае крайней…самой крайней необходимости. Под запись, коллеги, я вас предупредил. Конец связи.
После отбоя напарники полезли вглубь салона. Переключив рубильник, Артур запустил системы машины, и кузов окрасился в кислотные цвета светящихся кнопок и мониторов. Затем он подошел к небольшому терминалу с гравировкой «ЦРИ» и вставил в емкость пронумерованную дискету. Экран прибора начал отсчитывать время. С этого момента цифровой самописец инцидентов сохранял данные со всех устройств дежурной бригады по хронологии. После манипуляций Артур уселся у мониторов с настольным пультом управления и запустил коптер. Крыша фургона разъехалась, выпустив робота с четырьмя пропеллерами на мороз. Он медленно подлетел к окну первого этажа фонящего подъезда. Монотонно гудя, сканер в корпусе начал обрабатывать сектор. На экране постепенно прорисовывались графические очертания небольшой гостиной. Прибор сработал лучше, чем ожидали напарники: он оцифровал рельеф комнаты, все крупные предметы и даже достал до выхода в коридор. Жильцов не было. Звукоуловители коптера тоже молчали, и лишь детектор оценки среды сигнализировал о присутствии корпускул распада прозума.
Четыре этажа подряд сканер идентифицировал только пустые однотипные помещения. Однако пятый преподнес неприятный сюрприз. Посреди комнаты обнаружилось лежащее на полу тело. Человека можно было принять за спящего или пьяного, если бы не совершенно неестественная поза, которую он принял. Тело лежало, упершись лицом в паркет, а конечности ровно вытянулись. Пальцы ног также упирались в пол, формируя ровный угол. Будто внутри жильца установили металлический каркас, поддерживающий его строгое положение.
Напарники переглянулись. Планы на спокойную ночь были почти перечеркнуты. Тем временем детектор среды показывал уже 20% концентрации.
- Мертв? – напрягся Илья.
- Не знаю. Давай выше.
Картина на следующем этаже оказалась не менее странной. Тело, судя по внешним признакам, женское, стояло посреди комнаты в позе «мостик» без помощи рук. Борцы, разминающие шеи перед поединками, делают подобное, но их точкой опоры служит макушка. Однако шея несчастной была выгнута настолько, что точкой опоры стала вся площадь ее лица.
- Видел такое раньше? – спросил Илья.
Артур отрицательно хмыкнул.
- Не понимаю, жива ли она? Сканер не так хорош, чтобы услышать дыхание.
У окна комнаты седьмого этажа коптер зафиксировал крупный объект, упершийся в стекло. Артур переключился на монитор видеокамеры и рефлекторно отпрянул. Сквозь темноту в объектив смотрело бледное женское лицо. Оно прижималось к стеклу настолько сильно, что касалось его поверхности глазными яблоками и неестественно вздернутым носом. Из-за головы ровными линиями торчали ноги. Если законы биологии и физики все еще действовали в этом подъезде, то ее хребет был сломан напополам. Не отрывая взгляда от гримасы на мониторе, Артур опустил камеру чуть ниже. Женщина держалась, опираясь на подоконник двумя руками.
- Ну вот это уже точно хуйня! Труп так бы не устоял. Но почему она не подает реакций? Она вообще видит нас?
- Может нужен триггер? Попробуй мигнуть ей. – подсказал Илья.
Мощная фара коптера произвела серию вспышек прямо в перекошенную физиономию. Реакции не последовало.
- Восьмой. Давай на восьмой. – голос Ильи звучал все более напряженно.
Гостиная восьмого этажа поприветствовала жандармов резким повышением уровня продуктов распада до 82%. Какую бы тайну не скрывал мрачный подъезд – она хоронилась здесь. Однако сканер обрисовал обнадеживающую с первого взгляда картину. В кресле-качалке посреди комнаты покачивался небольшой мужчина, запрокинув голову вверх к огромной люстре. Странностей в положении тела не наблюдалось.
- Ну а это что за парень? Ничего не понимаю. – сетовал Артур, внимательно изучая оцифровку. - Фонит сильнее всего именно в этой хате, а визуально все нормально. Может он метаморф? Но странно, без внешних признаков. Или кто…гибрид? Просто дед? Какие мысли, Илюх? – сказал Артур, оборачиваясь к напарнику.
Илья не собирался отвечать. Он невозмутимо натягивал боевой комбинезон. Черно-глянцевая броня мерцала в свете приборов.
- Что ты делаешь? – недоуменно спросил Артур.
- Экипируюсь.
- Не слышал, что дежурный сказал?
- Дед в качалке скорее всего жив, а прозум в его квартире самый высокий. Это значит, что скоро он станет похожим на своих соседей, а им не позавидуешь. Дежурный под запись сказал: «первичка в случае необходимости». Я считаю, что в данной ситуации оперативное вмешательство необходимо. Деда надо выводить. Иначе зачем мы тут?
Артур воспротивился.
- Мы не просчитали все риски, у нас нет полноценной картины разведки, дипломатического прикрытия и техники. Чтоб там ни было, мы не готовы.
- Внутри есть люди, возможно, дети. Я не могу сидеть вуайеристом, когда такое происходит. – обрезал Илья и повернулся к терминалу «ЦРИ». - Я – второй ранг, и отдаю себе отчет в принятых мною решениях, нравится это тыловым клопам или нет. Хорошо меня слышно? Пиши, пиши!
- Там сплошь и рядом тела. Ситуация под категорию «В», а с дежурным ресурсом по протоколу можно зайти на «Д», крайняк - на «Г»! – ответил Артур.
- Я все сказал. Помоги мне, время уходит. Не станешь – уйду один и без твоих подсказок обойдусь! – огрызнулся Илья, нервно ускоряя сборы.
Некоторое время Артур с сожалением в глазах смотрел на собирающегося товарища. Траурные полотна прошлого в голове плелись воедино, отдавая грудным нытьем. Такое уже происходило.
- Если что-то пойдет не по плану…которого у нас даже нет, то я не смогу тебя вытащить. И подкрепления не будет. Поверь, я знаю, как это бывает. Быстро и непредсказуемо. – Артур на несколько секунд замер, смотря в пустоту, а затем решился. - Ты уверен в себе? – спросил он.
- Я хочу быть уверен в тебе, поэтому будь сегодня лучшим оператором из всех, кого я знал. Мы все сможем. Я не идиот, если пойму, что там бесполезняк, то отступим. - ответил напарник.
Илья умел подбодрить, даже когда перспективы балансировали на лезвие ножа. Удавалось ему и заражать людей своим рвением, пусть и с примесью не совсем здорового энтузиазма. Его вид всегда внушал непоколебимость перед заданной целью несмотря на то, что он не пытался скрывать эмоции: мог громко злиться, бояться и удивляться, однако всегда понимал, как будет добиваться своего. Лишенный качеств командного игрока, он был переведен на службу из специальной в дежурную бригаду, где от индивидуальности зависело практически все. Она же двигала им и сейчас.
В глубине души Артур знал, что правда молвит устами напарника. Да, страшно, но когда было иначе? Главное – люди, их надо вытаскивать. В конце концов, если импровизация пройдет удачно, то их наверняка поощрят. Комендант, конечно, поворчит, но он жандарм старой закалки, боевой, в его понимании сложившейся ситуации сомневаться не приходится. А если же сегодня восторжествует смерть, то и наказывать будет уже некого. Уж точно похоронят как героев, распишут их подвиг кадетам в Чернопольской академии. Но о смерти лучше не думать, не кликать. Холодная голова, мышечная память, быстрые и эффективные решения – вот ключ. Былой азарт, растерянный в годах, наполнял жилы Артура бурной рекой.
- Черт с тобой. Погнали. – Артур вскочил и обменялся с Ильей конкурентным рукопожатием.
Сборы длились недолго. Напарники работали вместе второй год, их боевое слаживание находилось на том уровне, где полуслова хватало с лихвой. Поверх боевого комбинезона Илья нацепил разгрузочный комплекс, состоявший из ремней и подсумков. Артур помог закрепить на нем мобильный бронированный моноблок – центр управления, памяти и энергии. На включение прибор отозвался двумя красными лампочками. Следом на нем и других частях экипировки включились съемные модули: плечевой инъектор, механизированная экзо-наруч, модули связи, навигации и обнаружения, оценки состояния носителя и среды. Все эти вещи, разработанные Инженерным корпусом Чернополья, существенно увеличивали шансы на выживание. Еще два модуля нуждались в особой проверке. Первый – стрелковый Илья зафиксировал под стволом увесистого пистолета с вынесенным перед спусковой скобой магазином. Второй - зрительно-головной в виде полумаски с нащечниками и длинной огибающей линзой он закрепил на глазах и затылке. По визору промчалась яркая полоса алого света, сигнализируя о полной готовности систем.
- Не буду брать тяжелое, обойдусь пистолетом. Маневры и передвижение важнее, если придется эвакуировать. А вот по гранатам задумываюсь. Что-то мощное для преимущества может понадобиться. – бормотал Илья, осматривая шкафчик с амуницией.
- Там старое газовое оборудование. Если заденешь, то мало не покажется никому. Бери по классике светошумовую и шариковую под маневр, почти не рискуешь. – подсказал Артур.
- Ну да…проверенная комбинация. – согласился Илья и повесил две гранаты на пояс. - Ладно, пора. – жандарм в последний раз окинул напарника светящимся визором.
– Проверь, чтоб ты все мои данные видел без глюков. Будешь мне еще паттерны переключать, а то копошиться некогда.
Артур потрепал товарища за плечо и распахнул перед ним двери кузова.
Спрыгнув на асфальт, Илья пристально вгляделся в ночь. Никаких движений, только ветер игрался со снегом среди мрачных декораций окраины. Сердце страстно танцевало внутри одинокого человека, стоящего в тени нависающей коммунальной крепости.
Голос напарника зазвучал в гарнитуре.
- Твой пульс повышен. Ты точно уверен в том, что собираешься сделать? Еще можно вернуться.
Но ладонь Ильи уже сорвала подъездную дверь с магнита.
∗ ∗ ∗
Отсутствие света в подъезде не удивляло. Удивляло отсутствие шума. Ни лая собак, ни телевизоров, ни пьяного говора. Молчали и слуховые аппараты головного модуля. В остальном – обычная парадная. Письменные ящики с обломившимися дверцами, исписанные стены, обшарпанные перила и неработающий лифт. Лежит свежий мусор, значит проживают еще.
- Старт паттерна «Ночной поиск», добавляю обнаружение и навигацию. – сказал Артур в ухо.
Область зрения визоров расширилась, активировалось ночное видение, а по краям экрана возникла тоненькая рамка обнаружения. Она начнет колебаться, если модуль обнаружит движение в небольшом радиусе. Перед глазами возникли индикаторы и других аналитических приборов. Стало гораздо комфортнее.
- Прозум повышается, биоагентов и опасных химических соединений рядом нет. Ведем поиск. – отчитался Артур для ЦРИ.
Илья включил на груди Г-образный фонарь с прозум-фильтром, и жилую площадку озарил тусклый белый луч. В его свете жандарм разглядел скопления едва различимой черной россыпи, которая струилась между перилами с верхних этажей. Корпускулы постепенно образовывали небольшие горочки. Без специального света осадки невозможно было увидеть, однако фонарь выявлял их даже в малых количествах. То были продукты распада прозума, выпадающие из паразитариумов Приона на Землю. Формируясь, паразитариумы выделяли летучий прионин, а ближайшие человеческие сознания – незримый самим землянам орзум. Соединение этих частиц рождало Прозум – вещество Творца. Его появление означало, что земная реальность неподалеку претерпевает существенные изменения.
Илья выключил фонарь и, удерживая пистолет у груди, начал аккуратный подъем к пункту назначения – квартире восьмого этажа. Увесистый «Кайзер» с включенным ЛЦУ действовал, как антистресс.
В ухе снова возник Артур, в его голосе чувствовалось удовлетворение.
- Я порылся в нашей базе и нашел сканы с планировкой дома. Смазанные, старые, но других нет. Обычный древний скорострой, просто длинный. Здесь 13 этажей. Планировки простые: сразу, как заходишь - по правую руку коридор в кухню и санузел, по левую спальня, а впереди коридор в гостиную. Конвертировать тебе в навигатор смысла не вижу – запомнишь. Сейчас еще осмотрю коптером этажи над точкой назначения. Дед, кстати, так и сидит, покачивается. Ждет своего спасителя.
- Ну вот, а говорил, что разведданных нет. Все можешь, если захочешь. – прошептал Илья.
Жандарм преодолевал пролет за пролетом. Модули молчали, однако собственное чутье буквально выло от нарастающей тревоги. Илья думал о тех странных людях в квартирах. Что с ними произошло? Могут ли они проявить себя? Если да, то как? Все ответы здесь – за закрытыми дверьми в утробе старого дома. Оперативник с опаской оглядывал каждую из них, а в это время его рука непроизвольно сжималась на прорезиненной рукояти «Кайзера».
- Твой маячок сейчас у квартиры с бабой на подоконнике. Ее дверь я вижу в твоей камере? – тревожно спросил Артур.
Илья невольно вспомнил жуткое бледное лицо, застывшее в оконном проеме.
- Да. Можешь посмотреть, что с ней? – попросил он.
- Пока нет, я выше. Показатели пищат, что у тебя нервяк. Может уколешься?
- Не хочу эту дрянь раньше времени ставить.
- Тогда обуздай волнение. Прион тебя чувствует.
- Я стараюсь.
Илья действительно старался, но самоконтроль давался слишком тяжело, ведь перед его глазами возвышалась дверь той самой квартиры, где у окна застыла бледнолицая с переломанным хребтом. Ему стало особенно жутко, когда он представил ее, выползающую к нему из темноты гостиной на своих тонких руках. Волочащиеся по полу ноги, безразличное задранное лицо с широко открытыми глазами – эта картина наводила ужас на воспаленное человеческое сознание. Что она попытается сделать, если приблизится? Человек изо всех сил подавлял кошмары, но их было слишком много. А ведь поблизости еще двое «застывших», и наверняка те, кого не увидел сканер. Жандарм смахнул с губ холодный пот и двинулся дальше.
Артур снова вернулся с новостями.
– На девятом этаже есть двое – вытянуты, в странных позах. Дальше этажи пусты, но там высокая концентрация. В самую высь лететь смысла не вижу, там уже теряется след. Глубже гостиных также не вижу, поэтому спускаюсь к тебе.
- Живых видел?
- Нет, если, конечно, эти двое в самом деле мертвы.
В визоре жандарма возникла ободранная стена с заветной цифрой этажа, а рядом – простенькая дверь. Приоткрыта, света внутри нет.
- Кажется, мы опоздали.
- Вижу, будешь заходить?
- Да.
- Хочешь - не хочешь, а протокол велит колоть «Немоту».
- Черт с ней…давай.
Блочный инъектор, закрепленный на плече, издал легкое шипение. Почти безболезненно в кожу вошла игла, разлив по руке порцию обжигающей сыворотки. Через несколько секунд жандарм почувствовал нарастающее напряжение в мозгу. Как только оно достигло пика терпимости, на смену пришло резкое облегчение, унесшее с собой все знакомые Илье эмоции. Ранее непокорные чувства покидали жандарма, будто он никогда и не знал, что значит жить, считаясь с ними. Страх, волнение, печаль и трепет – всего этого больше не было. Собственное эго утратило значимость, которую человек привык в него вкладывать. Оставались лишь инстинкты, моторика и сухая, последовательная логика в основе целеполагания. И никаких сомнений.
- Так-то лучше. Спокоен, как удав. – подбодрил Артур.
Бесшумно выдохнув, Илья отодвинул дверь стволом пистолета. Взору открылся коридор и вход в гостиную в его конце. Все согласно планировке. Старик прямо, за стенкой, до него считанные метры. В верхнем углу визора дала слабый импульс линия обнаружения, а слуховые аппараты уловили древесный скрип. По всей видимости, качалка.
Оставив дверь открытой, Илья шагнул в коридор по направлению к гостиной. По пути он отодвинул шторку, прикрывающую проход в спальню, и заглянул внутрь. На кровати лицом к стене лежала женщина, по шею накрытая одеялом. Никаких визуальных странностей не было. Илья наклонился и оглядел ее. Преклонный возраст, открытые глаза, отсутствие дыхания, неподвижна, как и все в подъезде.
- Мертва. – тихо сказал Илья.
- Похоже на то. Я на месте. Вижу коптером через окно входную дверь. Буду за ней наблюдать. – раздалось в ухе.
Илья вернулся в коридор и направился в гостиную. Индикатор модуля оценки среды показывал 90% присутствия прозума. Снова заскрипело кресло. То, что уготовила ночь вот-вот явит себя.
В комнате посреди хаотично разбросанной утвари покачивался старик. Как и его сожительница, он был накрыт пледом от самого пола. Широко открытые глаза смотрели на потолок, в центр массивной черной люстры. Во всей этой картине присутствовала какая-то неправильность, диспропорция естественных, привычных человеческому глазу форм. У Ильи с Артуром ушло несколько секунд, чтобы понять, почему комната выглядит настолько странно. Дело было в одном единственном объекте – чертовой огромной люстре. Она не была украшена, на ней не было ни ламп, ни лопастей. Объект больше походил на плотно сложенные черные отростки, будто огромное насекомое просунуло сквозь потолочную дыру с десяток прижатых хелицер с пикообразными кончиками. В мгновение конечности синхронно раздвинулись в стороны, отозвавшись отвратительным влажным хрустом. Из-под скопища показалась блестящая от слизи, широкая кожистая трубка. Повиснув над лицом старика, сфинктер выплюнул маслянистый, шевелящийся клубок в полуоткрытый рот. Человека пронзили судороги, а инерция сбросила плед на пол, обнажая ужасающую картину: его тело было усеяно дырами с развернутыми краями. Внутри белели ветви ребер, а среди них пульсировали толстые склизкие нити, перегоняющие между собой черные уплотнения. Существо всосало реберное мясо, жир и внутренние органы жертвы, взамен заполнив нутро странной биомассой. Следом за хелицерами из дыры в потолке вывалилась часть жирного тела. На ней раскинулся огромных размеров человеческий глаз, небрежно растянутый под пропорции богомерзкого существа. Око выражало полное безразличие к происходящему, и как показалось Илье, было даже немного прищурено. Зрачок дернулся лишь когда в него уперлась красная точка лазерного прицела.
Прогремел выстрел, за ним шлепок, и разрывная пуля превратила глаз в жидкое месиво. Второй раз выстрелить Илья не успел. Ротовые придатки монстра обхватили голову старика и одним рывком зашвырнули тело в сторону жандарма. Илья с трудом успел отпрыгнуть на пол, где его накрыл дождь осколков от стеклянного шкафа, в который с невероятной силой влетел мертвец. Следующее, что увидел оперативник, когда поднял голову, было сочленение мерзких конечностей, направленных в его сторону. По центру располагался усеянный шевелящимися отростками рот, напоминающий миножий. Всосав воздух, он разразился ошеломляющим визгом. Комната задрожала в многочисленных вибрациях. Илья схватился за уши, судорожно выкручивая шумоподавление в слуховых аппаратах на максимум, дабы снизить ущерб, таранящий его барабанные перепонки. Внизу в фургоне наушники с себя скинул и Артур. Огромным усилием воли жандарм вскинул пистолет и дал в сторону твари несколько выстрелов. Пули нашли цель, и крик резко оборвался. Существо сложило отростки и втянуло себя в потолочную дыру. Судя по удалению скребущихся ножек, тварь уползала куда-то наверх.
∗ ∗ ∗
- Это всё пиздец. – сухо пробубнил оперативник, тяжело поднимаясь на ноги. Он стряхнул с себя щепки и осколки, а затем прощупал затылок, где наткнулся на крупный кусок стекла, впившийся в кожу. Аккуратным движением Илья извлек его и выбросил, не дрогнув ни одной лицевой мышцей.
- Глубокий порез? – спросил Артур.
- Не очень. Остальное прошло по броне. Но если бы дед попал в меня, я бы уже задвухсотился.
Счетчик патронов перед глазами сигнализировал об опустошении половины магазина, нужно перезарядиться. Вдруг позади послышалась возня, а линия обнаружения задергалась.
Илья резко крутанулся, вскинув оружие. Перед ним покачивался седовласый труп. С переломанными ребрами и вывернутой от удара рукой он безразлично смотрел на жандарма уцелевшим глазом. Из второго торчала крупная щепа. В дырявой груди с необычайной силой пульсировали черные сгустки.
- Боже, неужели! – вскрикнул Артур, и Илья услышал, как звук пропеллеров коптера резко удалился вниз от окна.
Илья спустил курок, однако в этот момент старик дернулся и сместился с линии прицеливания. Промах. Открытый рот мертвеца оказался прямо у лица жандарма, но сноровки Илье было не занимать. В пасть трупа влетела механизированная наруч. Электромоторы запустили вибро-лезвия, которые начали кромсать лицевые ткани. Следующим движением Илья вложил пулю в лоб нападавшего. Обезглавленное тело рухнуло на пол. Подселенные биосгустки вытекали из него в одну маслянистую лужу.
Тем временем коптер Артура приближался к окну седьмого этажа. Оператор всей душой желал, чтобы его догадка не подтвердилась, хотя сообразительность никогда не изменяла ему. Так произошло и в этот раз. Прижавшаяся к стеклу женщина больше не прибывала в трансе. Напротив, ее злосчастная гримаса плясала уродливой мимикой. Глаза крутились вокруг осей, уводя зрачки за верхние веки и выводя из-под нижних, а лицевые мышцы вздрагивали изолированно друг от друга. Заметив коптер, она, глядя прямо в камеру, завалилась с подоконника. Артур с ужасом наблюдал, как очертания ее тела корежатся на полу, ища положение, которое позволит двигаться. Вскоре женщина застыла, опершись на руки, сильно свела лопатки и задрала голову вверх, будто ящерица. Быстрыми движениями ее тело поползло к входной двери. Неподвижные ноги волочились рудиментальным хвостом.
- Илья, они идут к тебе! – прокричал Артур напарнику, глядя в монитор его камеры. В нем на полу лежал старик. Его голова напоминала раздавленный томат.
- Кто? – отозвался безразличный голос.
- Трупы! Запри дверь!
Камера головного модуля резко дернулась в сторону входной двери. Пустота за ней грозилась явить бредущих покойников. В два прыжка камера преодолела коридор, и дверь захлопнулась. Замок Илья прокрутил до упора. Через несколько секунд с лестничной клетки донеслось медленное шарканье. Что-то начало тереться о дверь и дергать дверную ручку. Затем по всей поверхности зазвучали медленные удары.
Артур нервно глотнул из серебряной фляги горячительный коньяк. Ситуация складывалась критическая. Илья оказался заперт мертвецами в обесточенной квартире, через которую пролегает система тоннелей неопознанного создания. Но пока есть возможность для передышки, нужно выработать дальнейшую стратегию. Небольшой план у аналитика уже созрел.
- Так, касаемо ситуации. Тварь, учинившая инцидент, твоя цель номер один. Спайку будешь искать после ликвидации – цель номер два. Выжившие, в присутствии которых я сильно сомневаюсь, идут последним приоритетом, самому бы вернуться. В потолочную дыру за этим отродьем ты не вылезешь, если, конечно, не сможешь отрастить такие же ноги. Поэтому выход только через подъезд, но там придется разбираться с мертвецами.
- Что ты предлагаешь?
- Мы не будем рисковать понапрасну. Жильцы мертвы, эвакуировать некого, поэтому ты останешься в квартире до прихода подкрепления. Пока ты стрелял, я доложил в гарнизон и запросил поддержку. Нарушение запрета объяснил, как есть - угрозой жизни гражданским. Но помощи пока не будет, все заняты. Руководитель нас с говном смешал, хотя и сам в говно.
- Ну и зачем ты… - было начал Илья, но напарник прервал его.
- Поздно, все уже произошло. Лучше смотри за потолком, вдруг оно вернется.
Спорить было бессмысленно, и Илья вернулся в гостиную. Он снабдил «Кайзер» свежим магазином, затем расстегнул на ремне вторую кобуру, извлек тактический четырехствольный пистолет и проверил патронную кассету. В каморах ждали выступления светозвуковой, зажигательный, картечный и бронебойный заряды. В бою такая малая артиллерия поможет провести несколько решающих маневров.
- Мощная тварь: кидаться стариками и вертикально ползать с такой массой не каждый сладит. Да и умна, раз сумела обесточить здесь все. Однако, мне ее боязнь света только на пользу. – сказал Илья, уважительно рассматривая оружие. – Что это? Есть мысли?
- Не знаю, но возможности и интеллект, как у полноценного представителя стойкого вида. Пробил наш электронный Физиолог по внешним признакам и способностям – нет там таких гадов. Занесу в раздел манипуляторов, теперь будет. – сухо проанализировал Артур.
- А фон откуда с него такой? Аж с улицы.
- Ставлю, что мутант – многообещающий новичок. Устойчивые виды долго эволюционируют, фонят меньше, действуют осторожнее. А у этого амбиции, ты погляди, какие амбиции…на весь дом отжирается. А фонит новый паразитариум, ты же сам видел, корпускулы распада. Рядом свежий кокон, он и бурлит, точно тебе говорю. – педагогически заметил Артур.
- Биомасса, которую он сплюнул в трупы, позволяет ему на дистанции манипулировать телами, хотя они критически повреждены. Кроме головы. Голова должна быть целой, обрати внимание. – указал Илья.
- Классика. Теперь знаешь куда целиться. Правда таких, как дед, полная лестница.
- Неужели они все защищают это?
- Похоже, что да. После визга оживились. Оно увидело в тебе угрозу, но ты не обольщайся. В близкий контакт с ним лучше не вступать.
- Я уж понял. Короче, сижу, жду, не дергаюсь – таков план?
- Именно. А я облечу верхние этажи и поищу тварь. Прозум в квартире существенно упал после ее побега. Значит по фону найти нетрудно. Ты тоже следи за детектором, если есть повышение, то она рядом.
- Понял.
Илья спокойно уселся на край стола, положил пистолеты на колени и уставился в дыру. Митинг за дверью уже почти не раздражал его. Однако передышка получилась короче, чем ожидали бойцы. Сначала перед глазами дернулась линия обнаружения, указывающая на движение из коридора. Затем послышался металлический лязг. Даже под действием «Немоты» у Ильи замерло сердце.
- Что я только что услышал? – мгновенно отреагировал Артур.
Не ответив, Илья молнией выскочил в прихожую, трижды прокляв себя за забывчивость. Около двери стояла мертвая старуха, вышедшая из спальни. Горбатясь, она хаотично дергала руками, пытаясь отпереть замки. На ее спине кровили выжранные дыры. Кожа и мясо лоскутами висели под драной, украшенной в горошек ночнушкой. Щелкнула ручка.
- Только оттащи, не стреляй! – заорал Артур. Но было поздно.
В мониторе Ильи блеснула вспышка, и затылок старухи лопнул, окропив стены головным содержимым. Ее тело медленно поддалось вперед и уткнулось простреленным ошметком в дверь, которая заскрипела, неспешно открываясь наружу. Все-таки успела. Небольшая щель обнажила шевелящееся трупное скопище. Мертвецы, как один, вскинули головы и ринулись в сторону проема. Осознав, что натворил, Илья побежал навстречу. Изловчившись, он ухватил дверную ручку, упер одну ногу в стенку и дернул на себя. Дверь с хрустом придавила несколько рук. В проем просочилась голова мертвеца, затем еще одна и еще. Противодействие усиливалось. Глаза зараженных хаотично вертелись в орбитах, а рты сочились черной маслянистой слюной. Несмотря на тяжелейшую нагрузку, Илья продолжал дергать дверь взад и вперед, отбивая части тел, будто молотком по мясу. Ломались хрупкие кости, сминались лица, но сил одного, пусть даже такого высококлассного атлета, как Илья, было недостаточно. Мышцы и суставы перекрикивались нестерпимой болью. Внезапно что-то схватило Илью за опорную ногу. Жандарм увидел внизу бледное, до жути знакомое лицо. Уродина со сломанным хребтом все-таки приползла за ним. Она вцепилась зубами в ботинок, обвила ногу руками и принялась утягивать ее в проем. Илья терял равновесие.
- Это предел. Отпустить дверь и впустить? Куда бежать? Держать дальше? Хватит ли сил? – вопросы каркающей стаей клевали подкорку мозга. Любой выбор мог оказаться последним.
- В кухню ведет самый узкий коридор! Отступи влево, и сможешь бить по одному – это шанс! Дверь уже не захлопнуть! – раздался крик Артура.
- Дай…дай боевой паттерн! – с трудом выпалил Илья.
- Есть!
Зашипев, плечевой инъектор влил в Илью полную ампулу боевого стимулятора. В считанные секунды жандарм почувствовал небывалый прилив сил, рефлексы обострились до пика, а боль превратилась в несущественную данность. На линзе визоров обозначились графические прицелы оружейных модулей, а электромотор наручи зарычал, раскручивая шипастые ареолы.
Стиснув зубы до скрипа, Илья подтянул обхваченную ногу и что было сил рванул дверь на себя. Голову уродины раскроило о косяк. Хватка моментально ослабла. Восстановив равновесие, оперативник резко отпустил ручку и нанес в центр двери прямой амплитудный удар освободившейся ногой. Мертвецов снаружи отбросило к центру лестничной клетки. Из мрака квартиры на них глядел четырехствольный «Клевер». Пистолет взревел картечным залпом, озарив темноту яркой вспышкой. Несколько тел рухнули на пол. Следуя плану, Илья отпрыгнул в кухонный коридор. Отточенными движением он убрал четырехствольник в кобуру и выставил взамен габаритный «Кайзер». Палец лелеял прохладный курок. Сейчас начнется бой.
Трупы ввалились в квартиру многоруким неуклюжим кубарем. Каждый из них был сфокусирован на Илье, но их стайная координация оставляла желать лучшего. Теряя равновесие, они падали, заставляя следующих спотыкаться о свои тела. Среди них Илья разглядел троих детей разных возрастов. Сквозные дыры в теле, хаотично переломанные скелеты, черная паутина пульсирующих жгутов в местах, где раньше были органы. Одинаковая симптоматика.
- Я насчитал не меньше пятнадцати! Экономь патроны! – подсказал Артур.
Графический прицел на линзе, движимый оружием, поймал первую голову. Жандарм коротко выдохнул. Выстрел, и ближайший мертвец рухнул на пол. За ним упал второй, третий, четвертый. Полностью контролируя моторику рук, Илья скармливал голодному стволу каждого нападавшего, осмелившегося приблизиться. Коктейль из сывороток подарил оперативнику холодное спокойствие, бесстрашие и полную уверенность в собственных силах, а они не преминули помочь его телу доминировать в неравных аспектах сражения.
Но вот счетчик патронов остановился на двух. Восемь уже отстреляно, а свора поредела на меньше голов, чем Илья планировал. Были и те, кто только поднимались в тылу основной массы, ранее утоптанные впереди идущими. Сохранение позиции – главное, что мог извлечь жандарм, сражаясь в проходе. Однако последние секунды уйдут на перезарядный маневр, а расстояние между ним и врагом неизбежно сократится. Разменяв пространство на время, Илья выхватил снаряженный магазин, а правой рукой прицелился в ближайшего противника. Пуля прошла мимо головы, и в этот момент толпа дала импульс вперед. Мертвец налетел на Илью, но был сбит вбок ударом наручи. Драгоценные время и пространство были утеряны. Началась рукопашная, ведь за сбитым струилась очередь. Застрелив первого из нее последней пулей, Илья начал отмахиваться. Один из мертвецов вцепился в наплечник, и жандарму ничего не оставалось, кроме как сбросить полный магазин на пол, чтобы освободить руку для контратаки. Он оторвал от себя зараженного и вытолкнул коленом в толпу.
По левую сторону показались двери разделенного надвое санузла. Значит кухня, где его окружат, начнется примерно через два небольших шажка. Оружие ждало снабжения, и этой дистанции на нее и последующий отстрел никак не хватит. Срезав с себя цепкие руки, Илья ввалился в санузел и быстро захлопнул за собой. Тесное туалетное помещение закрывалось лишь на хлипкий крючок. Из утвари - унитаз, и небольшой деревянный люк к водным коммуникациям на стене. Фанерная дверь дребезжала под градом ударов.
- Так, черт возьми, что-то должно здесь быть…что-то может помочь. – бубнил Илья, осматриваясь и перезаряжаясь. Его осенило, когда он взглянул наверх. Над дверью блестело старое витражное окошечко, ведущее в коридор. Наконец удача улыбнулась ему.
- Есть мысль.
- Какая?! – воскликнул Артур
- Сейчас, должно сработать.
Илья выбил витраж, затем одним движением вырвал из стены сантехнический люк и насадил на шипы наручи.
- Погоди, что ты собираешься…
- Сейчас, сейчас!
Жандарм снял с пояса гранату. Сквозь полупрозрачный корпус виднелись черные шарики. Он выдернул чеку, выбросил устройство через край битого витража, затем сел боком к двери, поджал колени и укрыл верх тела за импровизированным щитом. За дверью раздался хлопок, сменившийся на свист, треск фанеры и костей. Несколько шаров прошибли дверь туалета, пара врезалась в сантехнический люк. В левое бедро будто кувалдой пришелся тяжелейший удар, за которым наступило онемение. От напряжения Илья стиснул зубы. Когда боеприпас отработал, в коридоре расстелилась тишина.
∗ ∗ ∗
- Додумался же! – восхитился Артур.
- Не все так просто... – выдавил Илья, осматривая ранение. В месте сочленения бронепанелей из кровящей кожаной лунки торчала половина шарика. Как назло, он угодил туда, где был слой легкой защитной ткани, не способной выдержать подобную нагрузку.
- Так, Илюх, спокойно. Попробуй встать. – попросил Артур.
Илья не без усилий поднялся.
- Что чувствуешь?
- Стоять могу, но бедренная артерия пульсирует, как бешеная. И боль в пах отдает.
- Тазобедренный сустав. Пятку можешь поднять?
- Могу.
- Похоже, что шейка бедра треснула. Не гарантирую конечно, но при сильном переломе ты бы уже не встал. Пенсионная травма. Повезло, что шар вошел лишь наполовину.
- Повезло, что не разорвали на части. А это так, плата за жизнь. Шина в машине есть?
- Есть, наложим. Подлечись пока.
Жандарм снял с пояса мультитул и аптечку. Снаряд он выкорчевал плоскогубцами, залил кровящую рану хитозановым гелем, вколол обезболивающее, наложил неплотный турникет и бинт. Нога работала, но с ощутимым дискомфортом. Из коридора послышалось приближающееся шарканье, а затем и аритмичный стук в дверь.
- Недобитки ебучие. – прошипел Илья и заглянул в щель, оставленную шариком. Два мертвых лица поочередно бились в укрытие лбами. В ответ черное дуло заскользило по фанере, ища нужную точку. Как только труп вновь ударился о дверь, его голову откинуло мощным выстрелом. Участь унаследовал и второй покойник.
Жандарм выглянул в коридор. Скрюченные мертвецы подергивались на полу будто мухи после встречи с ладонью. Рой шаров уничтожил почти всех, а кого не успел, обездвижил. Илья облокотился на стену и стал искать глазами выброшенный в схватке магазин. После недолгих поисков он выдернул его из-под трупа и вернул в подсумок.
- Паскудное вышло дежурство.
- А я говорил тебе, что игра не стоит свеч. Живых здесь нет, а ты рискуешь буквально всем. – не без раздражения ответил напарник.
- Срочность операции имела смысл. Тварь наверняка забралась бы и в соседние подъезды. Это был лишь вопрос времени, которое я как раз выиграл.
- Возможно, но ни один труп не пришел за тобой оттуда. Дорога то одна – улица, я ее прекрасно вижу. Значит не успела.
- Только благодаря нам. Если бы я не пошел, сколько бы еще погибло?
- Один или два. Ну и что? Не велик повод рисковать жизнью жандарма. Ты еще многих спасешь за свою карьеру. Если умрешь, то гражданских в перспективе поляжет больше.
- Безупречная математика. Что у нас с подкреплением?
- Пока без новостей. Предлагаю тебе не искушать судьбу и вернуться в фургон. Тварь изранена, я ожидаю от нее пассивности в ближайшее время. Минимум час у нас есть, а там подкрепление прибудет, мы ее и выкурим. Навоевался, хватит.
- Да, пожалуй, ты прав. – ответил Илья и поковылял к выходу. По пути он остановился и бегло осмотрел трупы.
– Как думаешь, откуда у них столько сложных переломов: ноги, спины, шеи? При этом ходят, как будто ничего и не было. Предположения? – спросил он Артура.
- Тварь специально ломала особо строптивых перед заражением. Как – не знаю, может сбрасывалась сверху, ей сполна хватило бы массы. Многие земные организмы также действуют: сначала лишают движения, потом едят полуживых или делают всякое, что там у них принято.
- А вот старика жрала живого. Видимо не мог сопротивляться в силу возраста. Представляешь, что он испытал?
- Да, думаю от страха и помер.
- Тут еще весь линолеум в этой жиже. – Илья брезгливо покосился на пол. – В каждом из трупов была живая биомасса. Судя по всему, она и удерживает опорно-двигательный аппарат. Не перестаю удивляться Приону. Всегда что-то новое, а главное – хер пойми, что.
Жандарм выбрался на лестничную площадку, и уже было хотел спускаться, как вдруг услышал странный звук в слуховых аппаратах. Он увеличил чувствительность и различил протяжный женский стон, доносящийся откуда-то сверху. Голос женщины звучал так, будто все страдания этого мира рушились на нее в эти секунды.
- Наверху есть выжившая, слышишь? Трупы молчали, а эта орет. Ее надо найти. – остановился Илья, вскинув голову.
- Не дури, у бабы агония. Раненый ты к ней не успеешь.
- Откуда ты знаешь?
- Коптер у окна квартиры на десятом, из нее вопль. Илюх, она умирает…так не кричат те, кто останется в живых.
- Почему молчал?
- Не хочу риска. Ты ранен! – нервничал Артур.
- Говори, что видишь. – невозмутимо приказал Илья и начал подъем наверх.
Артур недолго, но многозначительно помолчал прежде, чем ответить. Спорить с человеком под воздействием «Немоты», да еще и таким темпераментным, как Илья, было крайне непросто. Сейчас его сознание имело больше общего с двигателем вездехода или танка.
- Здесь квартира с иной планировкой - под студию, кухня и гостиная соединены. Бабы самой не вижу, только слышу. – молвил напарник с долей задумчивой обреченности в голосе.
- Она что-то говорит?
- Ничего.
- А тварь видишь?
- Нет…учти, что это может быть имитация голоса. Знаем мы таких.
- Я готов.
Илья ковылял наверх, подгоняемый затяжными стонами погибающей. С каждой ступенькой он ускорялся, несмотря на раненую ногу. По ходу подъема прозум скачкообразно повышался, а в подъездных стенах встречались широкие дыры. Их края были похожи на жженый застывший пластик. Каждую из них Илья осторожно обходил, прижимаясь к перилам с оружием навскидку. Понимая, что тварь не забыла о нем, он опасался отростков, способных легко затащить его в сырые норы мертвого дома.
- Засек движение! Толком не могу разобрать, но мне кажется, что это тварь. Что-то массивное свисло с потолка прямо над входом. – с нескрываемым волнением воскликнул Артур.
Илья как раз добрел до нужной квартиры. Ее дверь была обита дорогой кожей, а сбоку располагался частный домофон с камерой. Здесь явно жил кто-то зажиточный. И осторожный.
- Я шугану, а ты проверь реакцию. – приготовился Илья, сдергивая с ремня светошумовую гранату.
- Добро.
Дверь не была заперта, и жандарм рванул ее на себя. Та с грохотом влетела в подъездную стену. Артур заметил, как в мониторе камеры коптера, свисающая туша рефлекторно вздрогнула и раскрыла под собой бутон отвратительных хелицер.
- Она! – вскрикнул аналитик.
Легким броском Илья закинул гранату на порог. Артур, в свою очередь, активировал в визорах Ильи линзовое затемнение и блокаторы слуха. Оперативник прижался к стенке и укрылся наручей. Раздался хлопок, перешедший в визг. Тварь непроизвольно вывалилась в дверной проем, хоть и смогла удержаться на потолке. Ослепленный монстр крутился в разные стороны, размахивая отростками. Илья открыл огонь, но первым же выстрелом сориентировал тварь на слух, и она, резво повернувшись, устремилась к нему. Оперативник хотел нырнуть с лестницы, но враг проворно вцепился в ноги и потащил в квартиру. Волочась по полу, жандарм огрызался выстрелами в упор. Под огнем хватка твари слабела, это чувствовалось, однако сил на бросок ей хватило сполна. Перетащив Илью через порог, мускулистое тело качнулось и разжало хелицеры. Жандарм вылетел в гостиную, худо-бедно группируясь в воздухе. Через мгновение он врезался спиной в стену и съехал на пол. Черный гель внутри бронепластин спас его от травм, хотя боль наступила жуткая. Зашумело в голове, носом хлынула солоноватая кровь, а внимание раскрошилось на мелкие осколки.
Звон в ушах не давал Илье понять, что именно ему кричит напарник. Жандарм машинально вскинул руки в сторону врага, но пистолета в них не оказалось – выбило при падении. По плечу растекались стимулятор и обезболивающее. Когда глаза вернули четкость в детали, Илья наконец разглядел тварь при полном параде. Это было длинное и жирное, напоминающее слизня, существо с короткими лапками по всему телу. Заднюю его часть венчала перепончатая присоска, удерживающая на потолке.
На мерзком туловище истекали не менее двадцати отверстий от разрывных пуль, а второй глаз был полуприкрыт от ран. Он глядел на непрошенного гостя с совершенно разумной, искренней ненавистью.
Монстр отлип от потолка, шлепнулся на пол и тяжело пополз к Илье. Уцелевшие отростки вокруг клыкастой воронки рта щелкали и подергивались. Понимая, что умирает, тварь шла в последнюю атаку. Жандарм чудом нащупал под ногами пистолет и выставил его перед собой, но различил лишь единицу на индикаторе боепитания.
- Окно! Окно, ёб твою мать! Стреляй в окно! – послышалось откуда-то издалека. Артур орал так сильно, что сорвал голос, но он донесся до оглушенного напарника только сейчас.
- Какое окно? – беззвучно прошлепал Илья окровавленными губами. После удара о стену его сознание упорно отказывалось принимать сигналы из внешнего мира. Собравшись с силами, он вяло повернул голову и увидел за тонким стеклом снежную пелерину.
- Ааааа, это, ну что ж… - Илья вскинул руку и безразлично выстрелил вверх около собственного уха. Посыпалось стекло, за которым на полной скорости в комнату влетел коптер. Яркий луч фары встретился со взглядом чудовища. Через камеру аналитик заметил, что глазной белок наполовину прозрачен, а за его тканью просматриваются закрученный в спираль человеческий позвоночник и извилистые фрагменты цельного мозга.
Тварь завертелась на полу, укрываясь от света. Выигранные напарником секунды позволили жандарму снарядить магазин. Но и монстр не терял времени зря: он изогнулся, задрал заднюю часть и обрушился на коптер, с треском вбив его в пол. Мелкие фрагменты робота разметало по комнате. В этот момент тьму озарила вспышка «Клевера», выплюнувшего светошумовой патрон. Выстрел пришелся чудовищу точно в глаз и заставил его импульсивно отпрянуть назад. Воспользовавшись моментом, Илья высадил в тушу весь магазин. Переварить очередную порцию свинца существо уже не могло. Его движения стали хаотичны, затем судорожны, а после и вовсе прекратились. Битва кончилась победой.
∗ ∗ ∗
Квартира выглядела противоречиво. Выделялось солидное для гетто убранство при полном отсутствии ремонта. Обои зияли старческими надрывами, отклеивались плинтусы, а потолок покрывали пятна. На их фоне неуместно смотрелись мобильный компьютер, дорогая кровать и напольный сейф. На кухне среди обшарпанного гарнитура ржавела плита, запитанная от газового баллона в шкафу без дверцы. Казалось, что помещение обживают после переезда, либо оно исключительно временное. С настенной фотографии улыбались высокий мужчина, полноватая женщина с добрыми глазами в очках и их сын, лет десяти-двенадцати. Новые владельцы?
- Проверь запись боя с трупами. Надо знать, был ли там этот мальчик с фотографии. – сказал оперативник.
В ответ застучали кнопки.
Жандарм поднялся и ощутил, насколько серьезно он потерял в кондициях. Болью выло дырявое бедро, ныла спина, кровоточил нос. Гематома на затылке протиралась о крепежи головного модуля.
Прио-индекс в квартире был максимальным, что означало наличие рядом паразитариума. Вновь раздавшийся стон притянул взгляд жандарма к дивану. Голос, несмотря на ощутимую близость, был приглушен, будто его источник находился в глубине. Илья направил фонарь на диван и увидел в луче поток корпускул распада прозума, струящихся из-под него. Они образовывали блестящие скопища, оседавшие в комнате. Если не знать, что стоит за их появлением, то ими можно вполне любоваться без задних мыслей.
Сдвинув диван, Илья обнажил в полу червоточину, покрытую алым маревом. Внутри пульсировали огоньки, и любому наблюдателю стало бы ясно, что они не являют собой часть поверхности, а находятся за ней. Феномен мог вызвать у неподготовленного человека приступ паники, так как не походил ни на одно известное на Земле явление. Мутная гладь преломляла падающий свет, создавая эффект нагретого воздуха, а края поверхности, как минутная стрелка, разрастались по полу, поглощая материю.
- Есть спайка, незавершенная, 04:22 утра, пол квартиры 1043 – отчитался Артур перед ЦРИ.
Сектора сопряжения нередко называли спайками - для простоты. Места, где паразитариумы соединялись с Землей и формировали пузыри реальности, завершая циклы анаболических декад. Подрыв спайки стал бы лучшим решением для завершения инцидента на Остроуховской, если бы не человек внутри, надежда на спасение которого все еще теплилась в Илье, пускай и маленьким огарком свечи.
Жандарм вытащил из подсумка небольшое шарообразное устройство с тонким кабелем, присоединил к экранированному браслету и спустил в дыру. Вскоре возникли данные, характеризующие среду внутри пригодной для человека. Рейд «на глубину» в конце декады – крайне опасное занятие, требующее плана, команды и снаряжения. Но была только импровизация.
- Ты можешь ее не спасать, никто тебя не осудит. Там глушняк.
- Надо сходить.
- Если ты ищешь того самого, то скажи честно.
- Сам уже не знаю. Может и того. Устал я, Артур.
- Я понимаю. Но…
- Вряд ли. Вся эта жизнь…в общем…как будет.
Жандарм пристегнулся тросом к батарее, уселся на пол и активировал картографический модуль, который запишет его маршрут и выведет обратно, если он вдруг заблудится. По телу прошли вибрации, стоило ногам погрузиться в марево. Опускаясь, Илья чувствовал, будто проходит сквозь холодную гладь воды. Когда глаза сошлись с пространственный границей, сознание на мгновение отключилось и пришло в норму лишь на той стороне, как только подошвы коснулись болотистой поверхности.
∗ ∗ ∗
Страшно, как всегда. Здесь никогда не бывает спокойно, даже «немым». Оказаться меж двух миров в биологическом пузыре, где из человеческих тел рождаются чудища, никому не покажется хорошей идеей.
В визорах виднелся тоннель из биомассы, мерцающей тусклыми, неописуемыми цветами. Повсюду торчали кривые трубы, проступал кирпич и рваная проводка – неумелые копии объектов земной среды. Ужасный запах вокруг: гниющие органы, тухлая вода, кровь – к такому не привыкнуть. Илья закрепил респиратор под визоры и захромал к источнику звуков. Стонов больше не было, лишь горькие всхлипы смирения.
Вопреки ожиданиям, паразитариум не усел сформироваться полноценно. Это был небольшой аппендикс: один тоннель-одно пространство, все конкретно. Хотя бывает, что они разрастаются под дома, города и даже природные ландшафты, нужно лишь время и человеческий орзум. Много орзума.
С оружием наготове Илья вышел на источник шума. Перед ним корчилось существо, невероятно похожее на то, что он прикончил давеча, но крупнее, а из поверхности тела торчала женская голова. Та самая женщина с фотографии: полненькая, добрый взгляд. Ткани уродского тела покрывали ее кожу миллиметр за миллиметром. Жандарм не помнил случаев прохождения анаболизма в сознании. Как можно сопротивляться так долго? Сильная воля способна ограничить воздействие Приона, но рано или поздно, он сомнет и ее. Очнуться в паразитариуме равно оказаться на столе хирурга парализованным без анестезии, вот только помножьте на тысячу и добавьте декораций. Да и это аномальная редкость, ведь все жертвы трансформируются исключительно во сне. Несчастной просто не повезло закончить с головы.
Когда она увидела Илью, взгляд ее блеснул надеждой.
- Прррошу вас…где…сын. Муж. Чт..о со мнооой? – ее речь обрывалась на каждом слоге.
- Они…они в больнице. Я нашел их. С ними и вами все будет хорошо! – говорил Илья, присаживаясь на колено рядом с ней.
Тело мутанта вздымалось, раскачивая плачущую голову. Неподалеку стояли два раскрывшихся кокона – полужидкие холмы разорванной биомассы, расчерченные сотнями алых вен. Отец с сыном были первыми.
– Это сон, поверьте мне. Я пришел разбудить вас. Вот, смотрите. – он стянул респиратор и приподнял визоры, забыв, что сам выглядит пугающе. Вокруг глаз проступали черные круги – побочка «Немоты», а бледное лицо было измазано кровью. Он прижался лбом к ее лбу и начал гладить по волосам.
- Раззззбудите…мой сынок…пожа…луйста… - слезы брызнули ему на броню.
Ну конечно, что может быть сильнее, чем материнская воля? На ней она и продержалась.
– Конечно, сейчас. – Илья убрал руку с волос и взял пистолет, который незаметно оставил на монструозной туше.
– Смотрите на меня. – говорил он, виновато улыбаясь. – Вы проснетесь, а они будут ждать вас. – холодный ствол уткнулся ей под затылок.
– Ссспасибо… - женщина, как щенок, подняла глаза. Илья глядел в ответ и клялся себе, что никогда не видел такой искрометной надежды. Она на самом деле поверила в спасение. Как он мог позволить себе лишить ее этого?
– Зачем же ты смотришь на нее, стреляй! - ругался он про себя.
Ему не хватило мгновения, чтобы дожать спусковой крючок. Шея несчастной хрустнула и дернулась в сторону прямо из его рук. Илья вздрогнул. Мутирующее тело брало свое до конца, не церемонясь, в отличие от человека в броне. Глаза женщины лопнули, брызнув кровавыми сгустками на стекла очков. Илье лишь оставалось смотреть, как голова винтом вкручивается в плоть на изломленных позвонках. А он не решился сделать то, что облегчило бы ее ношу.
Закричав от отчаяния, оперативник вскочил и начал расстреливать тушу в упор. Когда магазин опустел, завел экзо-наруч и взялся за нож. Он рвал плоть монстра, выдирая все, что можно было назвать органами, пока не увидел сквозную дыру. Выбившись из сил, жандарм сел и уставился в пустоту. Эффект «Немоты» падал, неспешно погружая сознание в дофаминовую яму. Илья ненавидел бытие, ненавидел жизнь и смерть, ненавидел их общие издевательские пляски под руки на его растоптанной судьбе. Внутри был лишь один вопрос: «Неужели так будет всегда?». Последнее слово барабаном било в его голове.
Когда жандарм поднялся, то заметил, что пространство вокруг мерцает ярче и будто...дышит над ним. Он перевел взгляд на руки: от них в воздух поднимались крошечные алые частицы, похожие на лепестки. Они кружились вокруг и исчезали в глубине поверхностей. Увидеть человеческий орзум можно только в паразитариумах, когда сокрытое в туманности Приона входит с человеком в контакт.
– Неужели это мое? – дивился жандарм, завороженного глядя наверх.
– Твое. – отвечал Илье внутренний голос, но то был не родной собеседник, ответы которого знаешь заранее, а что-то иное, чужое на всех уровнях восприятия. Анаболизм продолжался, впитывая энергию возбужденного сознания уже самого Ильи. Странно-пугающее, но приятное чувство. Пора уходить.
Илья поспешил обратно в квартиру, сетуя, что так и не решился уколоться до рейда во второй раз. Все-таки «Немота» придумана чернопольцами не просто так. Без проблем пройдя марево, жандарм вернулся в монострой. Проснулась связь. Артур не скрывал радости.
- Вернулся! Как там было? Я боялся, что ты с концами…
- С моей камеры посмотришь потом. Глушняк там был.
- Понял, ну, зато ты живой.
- Зато. Нашел мальчика на записи?
- Только хотел сказать: нет его там.
- Внизу была та баба с фотографии. Превращалась, но я прервал процесс. – сказал Илья и посмотрел на неподвижный труп квартирного монстра.
Отец или все-таки сын?
- Выходи давай, подкрепление скоро будет. Они дозачистят, если тут кто-то остался. С тебя хватит, физические показатели ужасные.
- Есть еще кое-что.
- В смысле?
- Я орзумировал там.
- Гонишь.
- Нет. Не укололся, понервничать пришлось, и вот на тебе.
- Срочно выходи!
- Обожди.
- Да чего тут ждать?!
Илья подошел к сейфу и осмотрел замок. Дернул – закрыто. Чутье подсказывало, что там найдутся ответы на вопросы о причинах сегодняшней заварушки. То, что живет в Прионовой туманности никогда не выбирает вслепую. Только тех, в ком видит разрушительный потенциал. Семья обращенных, должно быть, в чем-то замешана.
- Передай контрольной бригаде, что сейф надо вскрыть. Там что-то лежит интересное, даю двести процентов.
- Живо в машину!
- Все, все, я на парусах.
Илья направился к выходу, но резко остановился у фотографии семьи. Что-то изменилось. Рамка наклонилась в сторону, а стекло было запятнано знакомой черной жижей, следом уходившей к потолку. Рука легла на рукоятку «Кайзера». Взвизгнула система обнаружения, а линия в визорах дернулась наверх. Илья поднял голову. Сверху из потолочной дыры на него мчалось черное, многорукое тело. Жандарм хотел увернулся, но дырявое бедро просело от резкой боли. Монстр рухнул на бойца всей массой. Удар пришелся в брюхо. Илья закричал больше от неожиданности, чем от боли, ощутив, как в районе поясницы лопнул позвоночный столб. Он больше не чувствовал ног.
Наруч машинально влетела в сочленение хелицер, не давая твари проползти к груди. Чудище визжало, насаживаясь на лезвия, но не сбавляло напор, даже когда электромоторы замкнуло в мясной каше. Боль терзала тело, пистолет лежал где-то во тьме, а инъектор, хоть и отработал полный коктейль, в нынешнем состоянии был мертвому припаркой. Нутром почуяв приближение сбоку, Илья повернул голову. Из марева спайки к нему тянулись тончайшие алые нити. Одна из них уже скользила в его ухе. Последовал укол, и он провалился во тьму.
∗ ∗ ∗
Сознание вернулось практически сразу. Не было боли, тяжести, подавленности. Жандарм открыл глаза и прищурился от алого света. Он продолжал лежать под монстром, но тот не шевелился. Будто замер во времени, как и мир вокруг, даже снегопад застыл в окне. Двигались лишь алые лепестки. Они летали повсюду, образуя причудливые узоры и фракталы, разъединялись и снова сплетались в бесконечном танце.
- Красиво. – думал жандарм.
- Так может быть всегда. – отвечал внутренний голос. Вроде бы его собственный, но бесконечно далекий, тяжелый и обжигающе-ледяной. Ответы чужого ощущались телом и мозгом. Ужас, спокойствие, любопытство - все в одном флаконе. Как странно.
- Что со мной? – спросил Илья.
- Ты знаешь. Прими это. – ответило нечто его голосом.
- Мне нужно вернуться назад.
Тут же в его полушария вонзились сотни игл, а тело перестало слушаться. Илья начал видеть картины. Сначала мутно, потом четче, будто кто-то настраивал фокус. И вот увидел себя. Детский дом на осенней улице. Женщина, оставляющая рыдающего мальчика у дверей – его мама, он помнит. Смутно, но в общих чертах. Больно это видеть. Картинка растворяется, и он среди других детей: его бьют за украденный хлеб, топчут почки толпой. Так было почти с каждым ребенком в детдоме, еды не хватало, просто в тот раз досталось конкретно ему, но ничего, зажило. Потом серый город: Илья с безликой шпаной сам забивает кого-то, а кровь из головы утекает с дождевым ручьем прямо в ливневку. Из бочины бедолаги торчит шило, но и не такое бывало тогда на улицах. Картины менялись быстрее, а смотреть становилось все больнее. Огромная фигура в черном пальто, подобравшая его пьяным подростком в переулке. Наставник. Он привел его в Чернопольский Анклав, многому научил, дал заботу, никогда не отказывал в поддержке. И вот уже похороны – рак сожрал учителя за несколько месяцев до выпуска Ильи в офицерском звании. Потом чудища, ох черт, как же их много. Беготня по улицам, канализациям, заброшенным зданиям, злачным местам, тесным квартирам. Мертвые напарники, и Лида Орловская…Ну конечно, Лидочка - его единственная любовь, аналитик-оператор, как и Артур. Ее нашли мертвой в фургоне с вырванной нижней челюстью. Постарались кровозависимые клана «Руда», тогда они выкосили всю бригаду. Потом Илья убивал их без разбора даже в свободное время, уходил в запои, был сослан в дежурку и получил ограничение на зачатие ребенка до 37 лет вместо стандартного порога в 33 года за многочисленные нарушения. Но не с кем уже было делать детей, Лида то умерла. А потом и сыворотки начали сказываться на здоровье: агрессия, равнодушие, хождения по краю в поисках смысла, либо просто по наитию. И снова монстры: бесформенные жуткие твари, ангеликие, зверомордые, квартирные-долговязые, ненасытные выродки, химеры, фантазмы и один Бог весть что. А он просто орудие - то туда, то сюда. И снова уколы, порох, пот, слезы и кровь, кровь, кровь, кровь! Илья стоял во тьме коридора, а за ним лежали трупы. Люди, чудовища, все, кого он убил, и кто умер рядом с ним. Набились как в вагоне метро. А он стоял. Когда остановка?
- Новая жизнь, новые тело и воля. Собственная воля, никто не прикажет тебе. Они не справятся с твоей яростью. Ты слишком хорош для них. Ты заслуживаешь большего. – шептало нутро.
Иглы сильнее впились в мозг. Илья обнаружил, что лежит совсем голый, по телу во всю ползают красные нити, а перед ним вьется огромный кокон. И нити уже в его венах, в щелях между зубами, внутри сосудов глазных яблок. Они поднимают его прямо перед коконом, будто марионетку.
- Согласись с судьбой. Согласись, согласись, согласись. – говорило нечто. Слова звучали без перерыва, без эмоций, механически, так быстро, как только возможно, сотнями в секунду, а сердце Ильи подыгрывало в такт. Вся его жизнь – борьба, другой он не знал. Так почему же сейчас он должен перестать бороться? Ну нет.
Илья давно принял решение и пытался выкарабкаться из анаболического сна. Он знал, как это сделать, в теории конечно, по учебникам. Живых практиков по пальцам пересчитать. Как в сонном параличе, нужно лишь начать шевелиться. Казалось, что каждый сантиметр тела держат сотни рук, но жандармская воля была крепка. Дожил бы он до своих 28-ми внутри лабиринта столь скверной жизни, если бы не она? Вряд ли. Илья понимал, что заперт внутри иллюзии, и благодарил небеса за Артура, который понял, что нужно включать инъектор. Никогда прежде жандарм не был так рад «Немоте».
Удалось напрячь мускулистую руку, и красные нити лопнули на ней. Затем другая рука, ноги, торс, голова. Нити опали, а вьющийся кокон потерял форму и задергался в пространстве. Марево расступалось. Еще немного, пожалуйста…глубокий вдох.
Илья с криком очнулся в монострое, заставив вздрогнуть даже напавшее чудище. Свободной рукой он выхватил нож и рубанул по нитям около головы. Червоточина, почти дотянувшаяся до него, отступила подобно неспокойному морю в отлив. Следующий удар ножом был в хелицеры чудища, чтобы освободить застрявшую наруч.
- Тебя я тоже вытащу, даже не сомневайся. – говорил Илья.
Он давно приметил бледную детскую ручку, болтающуюся отростком в теле монстра. Ребенок точно не заслужил этой участи, чтоб там не исполняли его родители.
- Прости меня за маму с папой.
В ответ чудовище взвыло. Илья посмотрел на газовый баллон в кухонном шкафу без дверцы, затем на разгрузку, где висел «Клевер». В нем еще есть бронебойный и «зажигалка» - то, что доктор прописал. Собрав последние силы, Илья вырвал наруч из раны, обхватил монстра руками и рванул себе на грудь. Останками пасти тот сразу же впился в глотку. Броню и кожу начала разъедать кислота.
- Скоро…все кончится. - выхаркивал Илья с кровью, наводясь на баллон четырехствольником. Хорошо, что электронный прицел был на визорах, иначе бы в жизни не попал. Бронебойный пробил баллон сразу, струя пошла. За ним прилетел зажигательный, последний в каморах. Пошел огонь. Бросив «Клевер», Илья обнял монстра и сжал изо всех оставшихся сил. Скоро давление внутри баллона сравняется с атмосферным, и будет взрыв. До тех пор надо держать.
– Твое горе будет недолгим. Я ведь тоже…сирота. Мы заслуживаем большего. – успокаивал Илья недавно услышанными словами.
Монстр прожег броню и начал выжирать грудину. Своей массой он сдавил Илью так, что ребра его сломались и ушли в легкие. Жандарм же сильнее сжал торчащую из монстра детскую ручку. По-отечески, так как представлял себе отеческое. В миг ему показалось, что пальцы мальчика сжали ладонь в ответ.
- Артур. Будь сча…стлив. Пусть…жизнь будет такая… которой…ты бббы сам хотел…переводись…нахер. – прохрипел Илья.
- Прощай. Я всегда восхищался тобой. – Артур сбросил наушники и вышел из фургона. Опытный аналитик давно все понял, а смотреть больше не хотел. Открыв коньячную флягу, он прохлестался как не в себя. Потом закурил. Руки его дрожали, а слезы капали на поздний декабрьский снег.
Раздался взрыв. Осколки стекол и фрагменты рамы посыпались на фургон. Артур не пошевелился, даже когда его посекло осколками. Не шевелился он и когда подъехала контрольная бригада. И только когда его растрясли за плечи, он нехотя принялся отвечать.
∗ ∗ ∗
Илью вертолетом транспортировали в Анклав и похоронили на Чернопольских курганах со всеми почестями. Гроб был закрытый, ведь от тела немного осталось. Дали ружейный залп, приложили награды. Весь гарнизон съехался, никто не пропустил. Илья был своенравен и конфликтен, но шел до конца, увлекая многих своей решительностью. Уважали его даже те, которые недолюбливали.
Экспертная комиссия заключила, что Илья умер после того, как во время инцидента у него проявилась агрессивная форма синдрома Парастаева – психического заболевания, развивающегося у некоторых сотрудников Службы оперативного вмешательства в ходе карьеры из-за перманентного насилия и приема сывороток. Теряется смысл жизни и начинается поиск смысла в смерти. Мудреная история, реальность на порядок проще, но, в общем-то, близка к истине. Удивительно, но в анаболическом сне Илья находился всего 23 секунды, что подтвердили данные, записанные моноблоком. А вот то, что он сумел проснуться в человеческом обличие, делало его особенным среди остальных. Кроме того, Илья в одиночку уничтожил всех существ до единого и закрыл сектор сопряжения взрывом газа. Решил проблему под ключ, как говорится. Воины, которым довелось увидеть материалы, в один голос твердили, что боевые навыки Ильи вышли далеко за пределы 2-го ранга и заслужили право называться эталонными. Инцидент и все файлы по нему продублировали и забрали на изучение в Научный корпус.
Артур написал рапорт о переводе его в Следственную часть Аналитической службы. В Департаменте сопровождения операций вышеупомянутой службы он потерял трех напарников за 5 лет, включая Илью, плюс одного суицидом. То была не его вина, но жить подобным образом не каждый сдюжит. Нужно было что-то менее динамичное, где слетевших с катушек друзей не пожирают в прямом эфире. Следственная работа строилась на холодных фазах инцидентов, когда все горячие пострелушки оставались позади. Установить первопричины, подсобрать улики, раздать поручения, отсмотреть ЦРИ, видео с камер оперативников, дать выводы – блажь, да и только.
По инциденту с квартирой №1043 выяснилось, что в сейфе, который нашел Илья, хранились подписанные документы на недвижимость. Семья обращенных состояла в ОПГ черных риэлторов при «Целине» - влиятельной мафиозной группе в Коалиции Социалистических Государств Северины. Члены семьи действовали через мягкую силу: втирались в доверие к одиноким пенсионерам, инвалидам, алкоголикам и прочим бедолагам, потом ходили в гости и создавали видимость заботы. Затем шла накачка алкоголем, таблетками или наркотиками, ну и вынужденное подписание. Если шел затык, то вызывали быков, а там уже накалякаешь все, что скажут. В сейфе-несгорайке лежали документы почти всех соседей, превратившихся в мертвецов. Не исключительно дарственные, но и паспорта, справки и прочие установочные бумаги на будущее, для приготовления к совершению преступлений. И несколько миллионов налички. Отсюда и необжитая квартира с богатым убранством – семья кочевала, выбирая нищие районы с давно забытыми людьми.
Когда страдания жертв банды преодолели критические объемы и дали орзум, Прион среагировал на это и явил семье зов сквозь ледяную мглу космоса, «предложив» одарить невиданными возможностями. Отказать не хватило духу, как и большинству других. Разве не заманчиво обрести могучее тело и волю вне рамок человеческих воздействия и понимания? Разбудить истинную сущность, перекроив либо заполнив несовершенства и изъяны? Когда прионин из далекой туманности и орзум разумных созданий образовывали вещество Творца, оставалось лишь молчаливое согласие последних пожертвовать плотью, следуя необъяснимому зову. А вот Илья отказался наотрез. Буквально.
То, что скрывалось в Прионовой туманности за бесчисленным множеством световых лет, никогда не творило чудовищ с нуля. Просто гиперболизировало уже существующих, вынуждало землян орзумировать больше, питалось, гиперболизировало опять и снова, творя ужаснейшее из познанных миром искусств. Оно формировало облики, ломало законы реальности, но всегда оставляло неизменной хищническую суть. Не будь людей, и ему не нашлось бы здесь места. По крайней мере, так объясняли Теорию прионовых циклов чернопольские профессора. А слушателями их были десятки молодых сирот, готовых пополнить ряды егерей, гардемаринов и жандармов на бесконечных северинских просторах.
Григорий Вкусносмехов
https://t.me/vkusnosmehov
Из цикла рассказов «Повести Северины»