Вслепую

Фонарик сдох. Да-да, дружок, ты не ослышался...

Говорить с собой - очень плохой признак, но еще больше меня пугает перспектива тишины. Было еще неплохо, когда хохочущие капли рвали воздух, а теперь остался только я и он. Он - это непрестанный стук сердца в ушах, почему-то попадающий в такт моим же тяжелым шагам. А фонарик все же сдох. Его треснутый трупик я все еще сжимаю в кулаке, но это ничуть не успокаивает, скорее наоборот, усиливает чувство одиночества. Впрочем, удивительно, что сдох только фонарик, а не я с ним за компанию. Падали мы все-таки с одной высоты. Сейчас, если честно, уже задумываюсь, - а кому повезло больше, мне или Корявому? Почему-то кажется, что я все же слышал хруст его шеи, но... Блин, что за чушь в голову лезет...

Главное - не споткнуться. Как бы хорошо я ни видел в темноте, все же сложно разглядеть что-то там, где лучей света не было лет так больше, чем мне.

Нет, и главное - какого черта Корявому взбрела идея лезть именно в этот бункер? Исхоженный вдоль и поперек, больше напоминающий помесь общественного сортира с пунктом приема стеклотары, где бомжа найти проще, чем завалящий противогаз, и в котором в самый неподходящий момент провалился пол. Первое время меня даже интересовало, было ли так предусмотрено строителями, но теперь стало как-то параллельно, упали мы в люк или просто так. Да, и смешно - почему-то теперь я уже не так панически рассматриваю перспективу обьяснения матери Корявого, какого черта ее сын валяется где-то в канализации полувековой давности с переломанной шеей. Сейчас меня намного больше интересует, куда я иду. С фонариком было легче, пускай это и дешевый китайский выродок, но он по крайней мере добавлял какой-то уют, что ли. Дернулся. Ах да, это же был мой нервный смешок. Не хватало еще сейчас представить себе пару десятков голодных призраков, похихикивающих рядом.

Хотя стоп.

Во время этой длинной мысли я, кажется, молчал. Значит, или здесь какое-то странное эхо, или...

Удар в лоб пресек все размышления на корню. Следующий удар в затылок наносит уже пол, но не это главное. Сквозь мерзкое гудение где-то в черепе прокрадывается отчетливое осознание - мне не показалось, кроме моего лихорадочного сердца здесь есть еще один звук, и больше всего на свете он напоминает шаркающие шаги какого-то паралитика. Или живого мертвеца. Стоп, дружище. Без паники. Сажусь, потираю голову. Странно, фонарик все еще крепко зажат в руке. Протягиваю ее вперед - так и есть, какая-то арматурина. Хотелось бы посоветовать себе смотреть, куда иду, но сейчас это как-то неактуально. А актуально как раз то самое шарканье, ставшее еще отчетливей. Не сходи с ума, дружище. Это просто галлюцинации. Только вот почему твоя шатающаяся походка стала раза в два быстрее, и ты заткнулся и напряг слух? Самым странным образом исчезли из поля внимания и стук сердца, и грохот собственных шагов. Только липкие похлопывания по стенкам туннеля. Уже почти бегу, даже не обращая внимания на опасность еще одного близкого знакомства с очередной арматуриной. Черт, дружище, не поддавайся панике... Силой останавливаю себя. Всего трясет. Может, это просто какой-нибудь местный бомж? Присядь-ка у стены. Так, за тобой явно кто-то идет. Причем какой-то болезненной походкой. Если это и бомж, то в стельку пьяный. Тоже не самое желанное знакомство, но уж точно получше, чем гнилой представитель загробного мира.

Черт, как я раньше не догадался...

- Эй! Есть там кто?

Короткая молния тишины...

А вот тут я понесся сломя голову. В ответ мне пробулькало что-то, не имеющее к человеческой речи никакого отношения. Звук больше напоминал тот, с каким пузыри лопаются над болотом, да и это сравнение было неточным... И что самое страшное - шаги явно ускорились. Офигенная перспектива - полнейший мрак, какое-то существо за спиной, из оружия - пластиковый фонарик, а из снаряжения только ушибленная нога и сотрясение мозга.

Но как раз это все оказалось не самым страшным. Самым стало то, что вытянутая рука уперлась в глухую стену. Ну, конечно, не совсем глухую, но зарешеченный проем, не доходящий и до колена, явно не был похож на путь к спасению. Тупик, чертов тупик! Да будут прокляты строители этого туннеля и бункера вообще! Какого черта мы сюда поперлись, а, Корявый? Кажется, последние слова я проорал вслух. Потому что после них раздалось радостное бульканье, и я понял что мой преследователь уже совсем рядом. Бульканье переросло в клокотание, а шарканье теперь больше напоминало шелест, какой вполне могла бы издавать какая-нибудь змея... Только этого мне не хватало... В отчаянии я привалился к стене. Черт! Рука наткнулась на что-то твердое... Кирпич. Что ж, в лучших традициях фильмов ужасов будем бросаться на живых мертвецов с подручными средствами.

Каким-то шестым чувством осознаю, что эта штуковина уже рядом. Холод разливается по мышцам, мелкая дрожь проносится по лицу. Зажмуриваюсь, и даже молиться почему-то не получается. На макушку капает одинокая капля, и тут рука сама разгибается, отправляя кирпич куда-то в темноту. Что-то смачно чавкает, раздается утробный вой. Вскакиваю, сшибаю плечом это что-то, падаю сверху. Скрюченные пальцы скребут по куртке, что-то липкое попадает в лоб. Чавканье несется прямо у моего лица. Ничего не соображая, дубашу туда, откуда оно слышно. Чавканье сменяется воем, перерастает в бульканье и еще черт пойми во что. Нет, это не страх, это ужас, животный ужас...

На секунду фонарик включается, и я начинаю кричать. Потому что подо мной изуродованное лицо, в окровавленных волосах которого все еще видна кирпичная крошка, и оно все еще воет, несмотря на вытекающие из пробитой головы мозги, и я вижу, что это Корявый, чудом добравшийся сюда со сломанной шеей, но не могу остановить руку, погружающую окровавленный кусок пластмассы все глубже в череп...