Город проклятых

Зои замерла на верхней ступеньке лестницы. Снизу доносились приглушенные голоса, которые становились все громче. Уже можно было услышать обрывки фраз: «… всегда был неудачником…», «… хоть немного поддержки от тебя…», «… бесполезно что-то доказывать…».

- А что я должна сказать?! О, Бен, как восхитительно! Ты набрал кредитов на сотни тысяч долларов, а твой магазин работает в минус уже год! Прошу, продолжай в том же духе!

Зои развернулась, зашла в ванную и громко хлопнула дверью. Крики затихли. Она вымыла лицо в ледяной воде и посмотрела в круглое зеркальце в розовой пластиковой раме. Медные кудри обрамляли лицо и большой копной спадали до пояса. Бледную кожу смягчала россыпь коричневых веснушек. Большие глаза неясного цвета, то ли зеленые, то ли карие, и большой нос, который ничуть не смущал Зои. Если бы ее волосы были гладкие, возможно, нос бы портил лицо. Но с такой гривой все было гармонично, по крайней мере так считала Зои. Она спустилась вниз.

«С днем рождения тебя! С днем рождения тебя! С днем рождения, наша малышка! С днем рождения тебя!»- мама держала в руках маленький шоколадный торт с зажженной цифрой пятнадцать. Зои зажмурила глаза и задула свечу. «С днем рождения, дорогая!» – обнял ее папа.

Зои с подружками сидела в школьной столовой. Она неуверенно смотрела на свой сэндвич с дешевой ветчиной, не особо желая есть его.

– Марша, хватит на них пялиться, – шикнула Лили.

– Им же не стыдно ходить вместе, значит мне не стыдно пялиться на них, – закатила глаза Марша.

Зои поняла, о ком они говорят, но невольно обернулась. Майк стоял с парнями, а Пейдж висела на нем и то ли что-то шептала ему в ухо то ли лазила там языком. Он встретился взглядом с Зои. Она быстро отвернулась, закрыла ланчбокс с сэндвичем и закинула его в рюкзак.

Зои увидела из окна, как старенький шевроле припарковался у дома, и рванула к двери.

– Привет, дорогая, как ты? – мама обняла и поцеловала Зои.

– Мы с папой ели все эти дни хлопья, сэндвичи и спагетти.

– Мы соскучились по твоим шедеврам!

– А по мне, значит, нет?

– Еще как, – папа сгреб маму в объятия.

Мама закрыла глаза, и улыбаясь, погладила его по спине, а затем выскользнула из рук.

– Я нашла прекрасный дом! Сейчас покажу, – она побежала за сумкой, а затем разложила на столе большие распечатанные фотографии.

Зои стала разглядывать снимки. Дом на фото выглядел потрясающе – большой, стильный, с собственным садом.

– Ты ничего не перепутала? Он лучше нашего в сто раз, – нахмурившись, пробормотал отец.

– Он находится в провинции Нью-Гэмпшир, городок Джестер-Хилл.

– Боже, Оливия, я даже не слышал о таком! Ты хочешь, чтобы мы из Бостона переехали в какую-то дыру?

– Риэлтор заверил меня, что работу там найти легко. Рядом с городом много учреждений, – мама сжала губы и стала собирать фотографии со стола.

– Нет. Я против. Мы можем остаться тут и немного пожить на съемной квартире. Я все улажу.

– Ты не потратишь оставшиеся деньги на новый глупый бизнес! – закричала мама, – Это был дом моих родителей! И из-за твоих ошибок мы его теряем!

– Ты всю жизнь напоминаешь мне, что это дом твоих родителей.

Зои сидела за столом как мышка, боясь пошевелиться.

– Только теперь его нет! Когда дело не пошло, ты меня не слушал. А все брал и брал кредиты.

– А ты чем хороша, кроме вашего «фамильного особняка»?! Ты ни дня не проработала. Постоянно занимаешься всякой ерундой. То какие-то странные скульптуры, то вязаные игрушки, а сейчас – вышивка. Да кому она нужна?!

Зои украдкой глянула на маму. Ее лицо побагровело. В сочетании с рыжими волосами казалось, что она сейчас вспыхнет как пламя.

Но отца было уже не остановить.

– Твои глупые поделки на уровне уроков труда никогда не принесут денег. И если бы у нас было хотя бы трое детей, я бы смолчал. Но у нас одна взрослая дочь, а ты не рабо… – мама залепила отцу пощечину, так, что он пошатнулся и отступил на пару шагов.

– Мы едем жить сюда, – затрясла она стопкой фотографий, – ты едешь с нами, либо катишься ко всем чертям, – она кинула в него фотографии, резко развернулась и вышла из гостиной.

Подруги сидели на полу, укрывшись плюшевыми пледами у Марши дома. За окном темнело. На Лили была классная пижама с единорогами, а Марша оделась в черную шелковую сорочку с кружевами. Зои стеснялась своей растянутой фланелевой рубашки с голубыми горошинами. Они ели попкорн из огромного ведерка и запивали кока-колой.

– Я надеялась, что ты переедешь в пригород Бостона. Ты хотя бы будешь нам звонить и писать? – сказала Лили.

– Каждый день! Я вас достану, – засмеялась Зои.

– Ты не выглядишь расстроенной. Неужели тебе хочется переезжать на край света?

– Я верю в лучшее. И мне до сих пор не очень приятно находиться в школе, – нахмурилась Зои.

– Майк настоящий козел! – покачала головой Марша, – А Пейдж стерва.

– Вечно крутилась возле тебя, – добавила Лили.

– Она сказала, что всегда была влюблена в Майка. Сказала, что ненавидела меня за то, что мы дружили с детства. А когда он предложил мне встречаться, решила действовать.

– Если Майк так быстро переметнулся от тебя, то он и ее кинет.

– Давайте не будем о них. Сегодня последняя совместная ночевка, – сказала Зои.

– Неет, я сейчас разрыдаюсь! – протянула Лили.

Зои со смехом кинула в нее маленькой подушкой. Они проболтали полночи и уснули в обнимку.

– Мне все же стоило съездить и посмотреть на это место, Оливия, – отец вел шевроле.

– Ты ездил. Два месяца я моталась по соседним штатам, выискивая из дерьма более-менее подходящее, а ты приезжал и все отметал.

– Ты даже не знаешь, что такое – жить в провинции.

– Это лучшее место, что я нашла. Я даже дерьмом не могу его назвать. И я не могла позволить тебе опять все испортить.

Зои глядела в окно на проносящиеся мимо деревья, ее глаза слипались. Она освободила ноги от кроссовок, забралась на заднее сидение целиком и закрыла глаза. Голоса родителей звучали все непонятнее, и Зои наконец заснула.

«Приехали, дорогая!» – услышала она сквозь сон и открыла глаза. Через окно была видна улица с рядом особняков, утопающих в зелени. Она выскочила из машины и огляделась. Вдали, правее от улицы с крутыми домами, начинался парк. Зои разглядела каменную арку, деревья и густой сочно-зеленый газон. Напротив машины стоял ресторан. Он был небольшим, в выдержанном стиле, но все же это был ресторан, а не кафе. Папа все еще хмурился, но на его лице была смесь удивления.

– Сначала предлагаю поесть, а потом уже заселяться в наш новый дом, – мама приобняла Зои, подталкивая ее ко входу.

Внутри все выглядело гораздо дороже. Хрустальные люстры, белоснежные скатерти, роскошные кресла. Они сели за столик. Официант бесшумно оказался рядом, разложил меню, и сдержанно улыбаясь, отошел.

– Оливия, не думаю, что мы можем себе позволить такой ресторан.

– Мы отмечаем наш переезд, новую жизнь, – вскинув подбородок громко произнесла мама и добавила тише, – последний раз в ресторане я была десять лет назад.

– А я никогда! – весело сказала Зои, – Можно мне крабов, мам? Всегда мечтала попробовать.

Она ощутила взгляд на себе, повернула голову и увидела парня, сидевшего через два столика. Он не отвел взгляд и продолжил смотреть на нее. Симпатичный. Зои смутилась и повернулась к родителям.

– Я не пойму, это цены без учета налога и чаевых? Почему так дешево? – спросил папа у официанта.

– Это окончательная цена. Попробуйте ягненка в вине, особое блюдо от шеф-повара.

Поев, они тронулись к новому жилищу. Зои развалилась на сиденье в блаженстве. Папа вел машину медленно, и она успела увидеть большой магазин в старинном стиле с вывеской «Куклы. Все для кукол».

– А сколько здесь живет людей, мам?

– Около семнадцати тысяч.

Зои хотела сказать, зачем нужен такой странный магазин, но они уже припарковались. Дом был огромным. Еще лучше, чем на фото. Они прошли сквозь черные кованые ворота, за которыми рассыпался сад с цветущими кустами и несколькими деревьями с красными и бордовыми листьями.

Внутри дома Зои насчитала семь комнат, огромную гостиную и две ванные комнаты.

– Скоро должны привезти вещи, – мама заглянула в одну из комнат на верхнем этаже, где была Зои.

– Можно мне эту комнату, мам?

– Хоть две, – засмеялась она.

Зои открыла настежь окно и выглянула наружу. У соседей дом был еще больше. С башенками, похожий на маленький замок. Она стала разглядывать соседский сад. Из кустов с розами на длинной палке торчало пугало. Коричневое пальто развевалось на ветру, а из рукавов болтались кривые ветки. Она заскользила взглядом дальше и вскрикнула. На нее исподлобья глядела старая женщина в длинном темном платье. Зои отошла от окна. Сердце сжала тревога. «Пожалуй, посмотрю комнаты с другой стороны», – пробормотала она.

Работники, приехавшие с грузовой машиной, быстро расставили мебель по дому. Комнаты даже с мебелью выглядели пустыми. Дешевые шкафы и кровати казались странными и неуместными.

– Я прогуляюсь, сделаю пару набросков? – Зои заглянула на кухню, где мама уже что-то готовила.

– Иди, дорогая, если не устала, – улыбнулась она.

Зои рисовала толстого кота, растянувшегося на густом газоне в глубине аллеи.

– Как тебе наш чудесный городок?

На Зои упала тень, она подняла голову и узнала парня из ресторана. У нее невольно покраснели щеки.

– Чудесный городок для девушки чудесной внешности, – продолжил парень.

Зои успела заметить, как он ухмыльнулся.

– Ты смеешься надо мной?

– Когда я вижу красивую девушку, я смущаюсь. А когда смущаюсь – делаю вид, что я грубый. Меня зовут Ноа, – бросил парень, уходя к выходу аллеи.

– А таких красивых волос я ещё никогда не видел, – крикнул он, находясь уже далеко.

Зои улыбалась, прикрыв пальцами губы. Толстый кот побежал за бабочкой, оставшимся наполовину не дорисованным в ее скетчбуке.

В свой первый школьный день Зои пришла рано. Но до начала уроков так и просидела одна. Она стеснялась начать с кем-то разговор. А к ней никто не подошел, все только глазели в ее сторону. На большой перемене Зои вышла из школы. Школьная территория была огромной – несколько игровых площадок с трибунами и даже небольшой сад. Она направилась туда. Среди деревьев на скамье сидела девушка. Темно-красная помада на ее губах притягивала взгляд. Она казалась холодной и неприступной. Но Зои пересилила себя и заговорила:

– Привет, я тут новенькая.

Девушка провела по ней взглядом сверху вниз и отвернулась.

– Прости, я наверное не вовремя, – пробормотала Зои.

Девушка фыркнула, встала и пошла прочь.

Расстроенная, Зои нашла место на трибуне и стала наблюдать, как парни играют в футбол. К ней подсели девчонки из ее нового класса.

– Привет, я Руби, – милая темнокожая девушка протянула ей руку, широко улыбаясь, – это Хизер и Одри.

– Я уже думала, со мной никто не будет общаться.

– Почему?

– На меня весь день так странно смотрят.

– О, нет! Мы дружные. Просто в наш город очень редко переезжают.

Хизер и Одри закивали головами.

– Я попыталась познакомиться с одной девушкой, но она меня проигнорила.

– Какая?

Зои поискала взглядом вокруг и увидела ее на другой стороне трибуны.

– Вон она.

– Боже, не разговаривай с ней, – закатила глаза Руби, – ее вся школа игнорит.

– Почему?

Девушки переглядывались между собой.

– Она грубая и неприятная. Просто забей! – наконец ответила Руби.

Отец Зои нашел работу за неделю. Его взяли на руководящую должность в отдел аналитики на небольшое производство. Единственный минус был в дороге. Производство находилось не в городе, а в полутора часах езды от него.

– Я все равно не понимаю, как меня взяли. Мой оклад в четыре раза больше, чем я получал на такой же должности в Бостоне раньше, – говорил он за ужином. Заметив бутылку вина на столе он повертел ее в руках, – Оливия, не слишком ли дорогое вино ты купила? Вдруг я не справлюсь на новом месте?

– А я купила его на свои деньги, – гордо улыбнулась мама, – мою «глупую» вышивку купили. И я получила еще три заказа.

– Поздравляю тебя, милая… я не имел в виду…

– Я помню, что ты не имел в виду. Просто не захотел поддержать мои начинания.

– Как будто ты меня поддерживала!

– По крайней мере я не угрохала на свои «глупые» вышивки наследства родителей.

– Все, – он накрыл руками и ее ладони, – давай оставим ссоры в прошлом.

Зои вошла в класс. Обычно шумные и веселые, сегодня все притихли и перешептывались друг с другом. «Ее мама нашла пластиковые бусы, разноцветные, прямо на воротах. Нет же, они точно игрушечные. Там вместо бусин пластиковые сладости», – услышала Зои. Ее новых подруг нигде не было видно, и она пошла искать их. В холле на диванчике сидела Руби и плакала, Одри гладила ее по спине.

– Привет. Что-то случилось? – спросила Зои. Руби сверкнула на нее злым взглядом и побежала к выходу.

– Я что-то не то сказала?

Одри, поджав губы, молча ушла вслед за Руби.

Зои еле дождалась конца занятий и побежала домой. Она собиралась зайти к Руби и извиниться, хоть и не понимала, за что. Подойдя к ее дому, она увидела маму Руби. Та торопливо вытаскивала из багажника множество кукол в фирменных пакетах из местного магазинчика и передавала Стиву и Аарону, младшим сыновьям.

– Шарлотта, я все же думаю, это чья-то злая шутка, – отец Руби стоял рядом и пытался перехватить пакеты.

– Замолчи! Я молила тебя почти каждый день о переезде. Я умоляла тебя! – она ткнула пальцем ему в грудь так, что он пошатнулся, – Но тебе важны лишь деньги. А это… это не поможет, – она швырнула одну из кукол на асфальт.

Они увидели Зои и резко замолчали. У Зои пересохло в горле, она опустила голову вниз, развернулась и засеменила прочь. Внутри тяжелым комом нарастала тревога. Зои не понимала что ее так напугало. Но беспокойство разрасталось по телу все сильнее. Будто вот-вот произойдет что-то ужасное, непоправимое. Резкий толчок выбил дыхание. Она не заметила Диану и больно ударилась плечом. Зои попыталась выдавить из себя извинения, но слова застряли в горле. Диана смотрела на нее с искаженным от гнева лицом. По щекам Зои расползся предательский румянец.

– Ослепла? Вперед смотри! – прошипела Диана.

Зои испуганно смотрела на нее.

– Что уставилась, уродина?!

Зои попятилась.

– Беги отсюда быстро! Или я покажу тебе, как правильно здесь надо передвигаться. Беги из этого города!

Зои побежала прочь, не разбирая дороги. Слезы застилали глаза. Каждый звук казался ей погоней. Она добежала до самого дома, захлопнула за собой дверь и громко разрыдалась.

Позже Зои решилась выйти в парк, в котором была всего раз мельком. По парку разбегалось множество ухоженных дорожек со скульптурами, разбросанными в разных местах. Слишком огромный для такого маленького города. Она шла по дорожке со скетчбуком подмышкой.

– Привет, Зои, – тот парень, Ноа, мягко взял ее под руку, – погуляем вместе?

У нее пошли мурашки по коже. Она ощутила от него тепло сквозь ткань платья и в животе затрепетали сотни бабочек.

– Я тебя совсем не знаю, – смущенно сказала она.

– Это же скучно, гулять с тем, кого ты знаешь. Ладно, что ты хочешь узнать?

–Ммм… сколько тебе лет?

– Девятнадцать.

– А мне только пятнадцать.

– Я слишком стар для прогулок с тобой?

– Нет, – улыбнулась она, щеки предательски горели, – ты живешь с родителями? Чем ты занимаешься?

– Я живу один. Пишу песни и музыку на заказ.

– Один? Ты снимаешь тут жилье?

– Я купил дом. Я поссорился со своей семьей.

– О, прости.

– Как тебе теперь наш город?

– Все как-то странно… у меня появилась подруга, Руби. Кажется, у нее что-то случилось в семье… – Зои столкнулась взглядом с Дианой. Она шла им навстречу, вышагивая, словно королева. С безупречным макияжем, темно - бордовыми губами, высокая.

– Ноа, ты решил освоить сельское хозяйство? – кивнула она на Зои.

Зои залилась краской от стыда. Диана уже давно ушла, а они шли молча.

– Не обращай внимания, Диана стерва.

– Почему она так со мной?

– Потому что она моя бывшая.

Зои стало еще хуже. Она осознала, как скромно выглядит – простое платье, отсутствие макияжа. Воздух в парке словно загустел. Единственным желанием Зои стало оказаться дома.

– Мне нужно идти, – пробормотала она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Хорошо, – равнодушно ответил он.

И вдруг Ноа наклонился и коснулся ее губ. Это было так неожиданно, Зои замерла, а Ноа уже шел прочь.

За ужином Зои решила рассказать родителям о том, что было в школе и о родителях Руби. Мама приготовила индейку с картофелем, а на десерт - яблочный пирог.

– Сегодня твои шедевры особенно прекрасны, мамочка, просто объедение!

– Потому что есть небольшой повод, – улыбнулась мама.

– Ну, не совсем небольшой, – папа взял ее за руку.

– Я беременна, у тебя будет братик или сестричка!

Зои зашла в класс и огляделась. Лица одноклассников были нахмуренны. С кем бы она ни встретилась взглядом, отворачивались в сторону. Хизер, Одри и еще некоторые девочки плакали. Сердце тревожно забилось в груди.

– Что происходит? – спросила она у одноклассника Тайлера, но тот молчал.

В класс вошла учительница:

– Сегодня произошла трагедия. Руби Кларк, вашей одноклассницы, больше с нами нет, – произнесла она дрожащим голосом. День был объявлен не учебным.

Небо на кладбищем было серым, словно выцветшим. Зои стояла в стороне, дрожа от холода и потрясения. Все молчали с хмурыми лицами. Лишь рыдания матери Руби резали тишину и рвали сердца. Гроб опустили в могилу и стали засыпать землей. Шарлотта забилась в ужасной истерике, упав на землю. Несколько мужчин увели ее прочь. Слезы катились по щекам Зои.

– Пойдем домой, дорогая, – тихо сказал ее отец.

– А почему не было священника, пап?

– Ты разве не знаешь, в городе нет церкви, – растерянно сказал он.

Зои и правда не видела церкви. Странно, столько всего есть, а церкви нет. А вот кладбище было огромным.

Спустя две недели погиб Киан,с параллельного класса Зои. Город словно замер в оцепенении. В школе объявили ранние каникулы на неделю. Зои чувствовала себя как никогда одиноко. Все делали вид, словно ее не существует. Она звонила подругам с бывшей школы, но они либо не отвечали, либо общались с ней натянуто. Их жизнь наполнялась новыми событиями, новыми людьми. А общие воспоминания потускнели, как старые фотографии. Зои понимала, что между ними уже нет ничего общего. Но больше всего она не узнавала своих родителей. В доме бесконечно появлялись новые дорогие вещи. Мамины вышивки покупали за огромные деньги. Папа приходил с работы и рассказывал о новых проектах и постоянных премиях. На попытки Зои заговорить о смертях подростков, они отмахивались, словно речь шла о шалостях в школе.

– Зои, смерть это нормально. Грустно, но что поделать, – говорил отец.

Зои глядела в окно на соседний дом-замок. Старуха, живущая там, устанавливала в саду очередное пугало. Сердце Зои забилось чаще. Она решила выйти во двор и поглядеть ближе, через забор. Пугало уже возвышалось над землей. Его голова была сделана из мешковины. Вместо глаз зияли прожженные дыры, словно глазницы мертвеца, смотрящие прямо в душу. В одной из дыр торчал ржавый гвоздь, заменяющий отсутствующий глаз. Рот был вырезан неровным зигзагом, образуя жуткую ухмылку. Тело пугала было обмотано грязными тряпками, будто бинтами. Зои не могла отвести взгляд от этого мерзкого творения. Оно казалось живым, словно вот-вот шагнет к ней и схватит своими ветками-когтями.

– Страшно?

Зои вскрикнула от неожиданности. Старуха смотрела на нее через забор.

– Ой, простите.

– Ей тоже страшно. Никто не верит мне. Не верит, что она приходила шестьдесят лет назад, но испугалась. До сих пор иногда приходит ко мне, все не отстанет. Кружит вокруг дома, а зайти не может.

– Кто?

– Все носятся с глупыми куклами. И никто меня не слушает.

– О ком вы говорите?

– Делай пугало. Пока не поздно, – старуха развернулась и пошла прочь.

В школе Зои решительно подошла к Хизер.

– Объясни, пожалуйста, почему со мной никто не разговаривает? – она дотронулась до Хизер.

– Не трогай меня! – взвизгнула она, – Ржавая курица…

– Кто?!

– Еще и глухая. Это Руби с тобой общалась, пожалела тебя, убогую. А мы не хотим. Ты скучная и тупая.

Зои не верила в происходящее. Она то открывала, то закрывала рот, не в силах что-то ответить. Подошел Эйдан, одноклассник, обнял Хизер за плечи.

– Ты сейчас похожа на тухлую рыбу, выброшенную на берег. Пойдем, Хизер. Не стой так близко к ней, заразишься рыбьими личинками.

С тех пор злой смех и оскорбления преследовали ее повсюду. Хохот толпы за спиной был страшнее любого удара. В школе она чувствовала себя обнаженной и уязвимой, будто зверь, загнанный в угол. В тот день проходя по коридору она услышала звуки похожие на плевки. И правда, сначала несмело, а потом все больше в нее стали плевать. Уже не стесняясь, окружили спереди и смачно харкали, стараясь попасть в лицо. Зои закричала и вырвалась из круга распаленной толпы подростков. Она забежала в туалет и громко разрыдалась, пытаясь умыться и стереть следы унижения. Дверь распахнулась, и зашли девчонки из класса. Сердце Зои забилось в бешеном ритме. Какая же она дура, нужно было бежать из школы! Она вглядывалась в лица девушек, но видела лишь кривые усмешки и злые огоньки в глазах. Они схватили ее и потащили к унитазу.

– За что?! – только и кричала она.

– Мы просто поможем тебе умыться, – смеялась Одри.

Холод и вонь захлестнули ее с головой. Ей казалось она вот-вот задохнется, но ее всё держали, наслаждаясь агонией и вновь и вновь дергали за слив. Когда ее наконец оставили одну, Зои с трудом поднялась на ноги. Ее вырвало. Волосы свисали сосульками. Она побрела к выходу. Боль и страх исчезли, осталась лишь пустота.

Зои шла по дороге быстрым мелким шагом, ее трясло от холода и вновь охватившего страха. Она боялась не успеть дойти до дома. Вдруг они следят за ней и снова нападут.

– Боже, что с тобой случилось?!

Зои дернулась. Она увидела Диану.

– Пожалуйста, отстань, – забормотала Зои.

– Ну и вонь! Это местные милашки так с тобой? Со мной они тоже не церемонились, когда я переехала сюда в прошлом году. Правда не так ужасно, – Диана сморщила нос, – идем ко мне. Не нужно расстраивать родителей.

Зои казалось, что она провела под душем несколько часов, но запах будто въелся в кожу. Диана дала ей свою одежду и долго сушила ее волосы феном.

Дома Зои решила, что ни за что не вернется в класс. Она думала, что и из дома больше никогда не выйдет. На следующий день она не пошла в школу, родители даже не поинтересовались, почему. Но когда Ноа позвал ее в парк, Зои побежала не раздумывая. Они договорились встретиться у танцующих птиц – одной из скульптур парка. Зои пришла раньше и увидела, что Ноа говорит с каким-то парнем. Так получилось, что она подошла не слышно, и они ее не заметили.

– Даже думать не смей о том, чтобы хоть что-то испортить, Ноа. Ты же понимаешь, что натворил в прошлый раз?

– Я все уже сказал, что тебе от меня нужно?

– Клянусь, если ты снова всех подведешь… я даже боюсь думать, что будет. Мне и угрожать тебе не нужно, город все сделает за меня.

Ноа усмехнулся и вскочил со скамьи.

– Эй, Зои, привет! – воскликнул он.

Зои неловко затопталась на месте.

– Прости, я только подошла…

Парень с которым он говорил, метнул на нее злой взгляд и пошел к выходу.

– Кто это? – не сдержалась она.

– Мой брат, Марк. Мы плохо ладим. Весь город плохо ладит со мной, – холодно улыбнулся он.

– И со мной, – тихо сказала она, – я не понимаю, что происходит вокруг. А теперь я и не знаю, как мне тут жить…

– Почему ты так говоришь?

Зои рухнула на скамью. Она смотрела вдаль, разглядывая пожелтевшие деревья, слезы все сильнее застилали глаза, и она разрыдалась.

– Меня травит вся школа! Они обзываются, плюются. Даже те кто младше. А вчера сделали такое…такое… – она захлебнулась слезами, уронив голову на руки.

Ноа молча обнял ее. Его объятия были такими теплыми и искренними, что ее захлестнула волна эмоций. Она ощутила безопасность. Боль отступила, и пришло новое чувство – волнение. Его близость, его запах – все это вызывало в ней незнакомый трепет. С Майком такого не было.

– Что ты заметила странного?

– Боже, все! Почему тут все так богаты? Почему мои родители становятся состоятельными и закрывают на все глаза? Почему умирают подростки, а все вроде бы опечалены, но снова делают вид, что все окей? Что за мания на куклы? И… и почему меня возненавидели? – Зои тяжело дышала и смотрела на Ноа широко раскрытыми глазами.

– Окей. Я расскажу, но ты не перебивай и дослушай. Даже если начнешь считать меня психом. В тысяча девятьсот шестидесятых годах Джестер-Хилл был обычной дырой. Здесь также была школа, в которой учились наши бабушки и дедушки. С ними училась умственно отсталая девчонка. Директор не хотел ее брать. Но ее родители были богаты, они настояли, тем более девочка вполне хорошо разговаривала, и казалось, не все потеряно. В начальных классах дети дружили с ней, в средних – игнорировали, а в старших Кэнди стала любимым развлечением подростков. Казалось, вся школа играла в игру – «кто придумает издевательство повеселее».

Однажды ее голую выволокли из душа после физкультуры, закрыли в мужской раздевалке и не выпускали. Кэнди кричала, а парни хохотали и шлепали ее со всех сторон.

Она очень любила кукол, самую любимую таскала с собой. Отец привез фарфоровую, дорогую из Европы. Куклу стащили парни. Бежали с ней до поля, а она бежала следом и рыдала. Там один парень держал ее, а другие уродовали куклу, создавая из нее пугало. Потом они подвесили ее на палку, воткнули в землю и подожгли, – глаза Ноа были стеклянными, будто то что он говорил, он видел наяву.

Зои слушала, а внутри рос липкий тревожный ком.

– В один день они зашли слишком далеко, и она умерла. Ее мать всю ночь ходила по городу и выкрикивала проклятия. Полиция оформила все как несчастный случай. Мама Кэнди повесилась спустя месяц, а отец быстро ушел за ними, умер от бесконечной выпивки. Город делал вид, что ничего не произошло, все жили прежней жизнью. Пока те кто издевался над ней ни стали умирать один за другим. Их находили с буквально с разорванным изнутри сердцем. Одной ночью с жуткими криками вырвалась из комнаты своего парня одна из мучительниц Кэнди – Барбара. Она была у него на ночевке. Джона так и не нашли. Позже Барбара рассказала, что она проснулась от жуткой жары. Воздух будто плыл, а в темноте она увидела фигуру. Постепенно силуэт обретал очертания. Это была Кэнди. Ее кожа была покрыта глубокими ожогами, обезображивающими лицо и тело. Один глаз отсутствовал, а вместо него зияла жуткая глазница. Кэнди приблизилась к ней издавая хриплые и булькающие звуки, а в груди Барбары разрасталась невыносимая боль. И тогда она стала кричать, что отдает ей Джона. Барбара кричала: «Я знаю, ты любила его. Все девчонки от него без ума. Забирай, только не трогай меня, умоляю!» Джон проснулся от криков Барбары. Кэнди склонилась над ним, куски обугленной кожи свисали с лица и касались его щеки. Глаза Джона были полны ужаса, но он не мог пошевелиться. Кэнди присосалась к нему ртом и впитала в себя его душу. Джон постепенно растворялся. Барбара увидела в ее глазах воспоминания, радости и печали, все, чем он был. Ее лицо исказила тень удовлетворения, и Кэнди исчезла. С тех пор смерти закончились. Все решили, что она успокоилась. Но спустя несколько лет она снова дала о себе знать. И убивала она лишь пятнадцатилетних подростков. Кэнди полюбила такую игру: вечером оставляла в доме или дворе того, за кем собиралась прийти, какую-нибудь мелочь. Это всегда было что-то от куклы: туфелька, вещи, коляска, украшения. Повзрослевших оставшихся в живых обидчиков Кэнди не трогала.

Ее пытались задобрить. Предлагали самых разных кукол, но ей они были не нужны. Не знаю, почему до сих пор на них надеются. За все эти годы люди поняли только то, что она любит забирать души. Но только определенные. Всегда срабатывало отдать ей популярного парня-красавчика, мечту всех девчонок, разбивающего сердца. Обычный или просто симпатяга Кэнди не устраивал. Либо девушку-изгоя.

Люди в городе соображали довольно быстро. Выставлялось объявление о продаже дома со смешной ценой. Дом продавали только подходящей семье.

– А кто-то уезжал из города, пробовал просто переехать? – спросила Зои, пытаясь переварить услышанное.

– Да. Но я не знаю, что с ними стало потом. Знаю, что таких единицы. Как ты заметила, здесь все сказочно богаты. Любой, кто приезжает сюда, начинает богатеть, даже если он туп как пробка и ни черта не умеет. Кэнди не просто коллекционирует души, а щедро платит городу таким образом. И почти никто не желает лишиться этого, закрывая глаза, как твои родители, на «небольшие неудобства».

Зои потрясено молчала. Она растерянно огляделась вокруг. Деревья мирно шумели листвой, пели птицы, а вдали прогуливались люди.

– Значит, новая жертва, это я? Значит, весь город с самого начала знал, для чего я тут? - срывающимся голосом сказала она.

Ноа отвел взгляд и промолчал.

– А ты? Зачем ты все это мне говоришь?

– Потому что ты самая прекрасная девушка в мире, – дрогнувшим голосом тихо ответил он.

Несмотря на весь ужас услышанного прежде, Зои невольно улыбнулась. Ей было радостно, что ее чувства оказались взаимными, что она не одна в этом кошмаре. Ноа нежно взял ее за подбородок и поцеловал. Поцелуй был долгим. Его губы – мягкие и влажные – двигались с уверенной настойчивостью, пробуждая в ней неведанные чувства. Мир вокруг замер. Остались только они вдвоем. Ноа оторвался от нее, и она посмотрела ему в глаза затуманенным взглядом, а потом смущенно опустила голову. Мысли о том, что происходит вернулись к ней.

– А почему тут нет церкви?

– Зачем этому городу бог? Кэнди – бог города Джестер-Хилл.

И тут ее осенило, Диана – она ведь приехала год назад, а сейчас ей шестнадцать лет.

– Ты говорил, что Диана была твоей девушкой. Она ведь тоже переехала сюда.

– Она… мне стало жалко ее. Да, с ней стали обращаться по той же схеме. Я решил спасти ее. Переспав с ней.

– Что ты сделал?!

Ноа посмотрел ей прямо в глаза.

– Пару раз Кэнди не забирала жертву. Люди постепенно догадались, что те, на кого она не обращала внимания – не были девственницами. Не знаю, почему ей это важно. Может, потому что она умерла невинной.

– А ты любил Диану?

– Нет. Я просто захотел спасти ее. С тех пор город с нами не разговаривает. Все разозлились на нас.

– Ты мне предлагаешь тоже переспать с тобой? – спросила Зои не поднимая глаз.

– Извини, я не знаю, как помочь по-другому.

– Я согласна, – прошептала она.

Сумерки окутали город. Они быстро добрались до дома Ноа. Темный стильный коттедж стоял на самом отшибе. Ноа открыл дверь и впустил Зои.

– А я давала тебе крошечный шанс, помнишь, – Зои вздрогнула и увидела Диану, сидящую в кресле гостиной, – я кричала тебе, чтобы ты бежала прочь из города. Но куда же твоей глупой кудрявой башке додуматься.

– Что происходит? – дрожащим голосом сказала Зои и повернулась к Ноа.

Он закрыл дверь, ничего не ответив. В комнату стали заходить один за другим одноклассники Зои. Холодный пот облепил ее спину. В голове была лишь одна мысль: «Это все не по-настоящему». Реальность превратилась в страшную, замедленную киноленту. Парни и девушки обступали ее со всех сторон. Сквозь тишину слышны были редкие смешки. Она почувствовала сильный толчок спину и чуть не упала, пробежав на ватных ногах в середину гостиной. Слезы брызнули из глаз. Она оглянулась, это Ноа толкнул ее. Ей до сих пор казалось, что он сгребет ее в объятия и уведет ото всех.

– Кэнди любит погорячее. Чем извращеннее мы стараемся унизить, тем дольше она потом не появляется. Правда так больнее, Зои, когда тебя предает любимый человек?

«Неужели это говорит Ноа?» – сквозь туман всплывали мысли в ее голове. Круг из подростков сжимался. Сначала это были невинные толчки. А потом – сильнее, злее. Зои зажмурила глаза. С нее стали сдирать одежду и Зои закричала. Ее крики прервал мощный удар по ребрам, от которого перехватило дыхание, и казалось, глаза вылезут из орбит. Время словно остановилось и удары были бесконечными. Резко все прекратилось. Зои приоткрыла глаза. Все смотрели на нее. Из губ и носа ручьями текла кровь. Несколько зубов выбито. Один глаз заплыл. Она села на пол, поджав ноги и пытаясь прикрыться дрожащими руками. Один из парней схватил ее за волосы и потащил на задний двор.

– Подстрижешь рыжего барашка, Ноа? – сказала Диана, держа в руках ножницы.

Он подошел к Диане, поцеловал ее, забрал ножницы и стал состригать волосы Зои задевая и царапая кожу.

– Уродка! Уродка! Уродка! – все кричали хором без остановки.

Резкая боль ослепила Зои, она дернула головой и закричала.

– Немного отрезал ухо, – улыбнулся Ноа и прижал руку к сердцу, – честно, вот тут, чисто случайно.

– Давайте, мальчики, завершим. Надеюсь, вы подготовились, как договаривались, – сказала Хизер.

Эйдан встал напротив Зои и начал расстегивать ширинку. Она забилась в истерике, умоляя, не делать с ней ничего. Горячая струя обдала ее кожу. На лице Зои отразился ужас, и она быстро закрыла лицо руками. Моча полилась на голову и ручьями стекала по рукам.

– Так не пойдет, надо чтобы ее кто-нибудь держал, – сказала Хизер.

– Вот сама и держи. Все ссанье и на тебя попадет, – возразил Эйдан.

– Я сейчас, – крикнул Ноа и побежал в дом.

Вскоре он принес толстый, деревянный шест. Несколько парней воткнули его поглубже в землю и привязали Зои в положении сидя. Ее голова была запрокинута вверх. Зои смотрела на чистое звездное небо. «Как много там звезд…» - пронеслось в голове. Толстая струя брызнула в глаза. Один за другим, они делали свое дело. Моча заливала лицо, уши и нос, лилась на тело.

– Прям как Кэнди, жаль, сжечь нельзя, – хихикнул кто-то.

Острый камень ударил прямо по щеке, и она закричала. Поток мочи тут же заполнил рот – соленая, мерзкая, она попала в горло. Зои захлебнулась, непроизвольно вышла рвота и теперь стекала по подбородку, шее и груди.

– Это от меня для самой прекрасной девушки в мире, – услышала она голос Ноа.

Все закончилось. Ей перерезали веревки и она рухнула на землю. Зои не знала, сколько прошло времени, когда она встала и побрела к дому. Она ни о чем не думала, просто переставляла ноги. Мысли, чувства – все поглотила черная дыра, оставив лишь пустоту. Зои прошла через ворота дома, переступив через розовый бант, валявшийся на пороге. Старухино пугало повисло на кустах во дворе ее дома. Зои услышала хрип. Она медленно повернулась. За прутьями забора стояла Кэнди. Лысая, обожженная, она тянула к ней руку. Зои протянула руку в ответ и сжала ее пальцы. Она увидела пшеничное поле, залитое солнцем. Парней в поло, рубашках и брюках и девушек в пышных юбках и блузках с лентами в волосах.

– Похрюкай, свинка Кэнди! Ну же, – раздавалось со всех сторон.

Они весело смеялись и тыкали палками в девчонку, ползущую по притоптанным колосьям. Она взвизгивала от боли при каждом тычке. Несколько парней вкапывали столб в землю. Они обвязали Кэнди веревками и притянули ее к верху столба. Крики и ликования перемешивались и становились все громче и звериннее. Девушки с горящими глазами приволокли ворохи хвороста и разложили под столбом.

– Свинка Кэнди, сегодня мы запечем тебя. Ты будешь сиять как самая яркая звезда, – крикнул парень и поджег хворост.

Зои разжала руку Кэнди. Животные крики из картины прошлого были слышны все тише. Зои подошла к пугалу и с криком ярости вышвырнула его через забор во двор с старухи. Кэнди вошла во двор. Она схватила Зои за плечи и присосалась к ее рту. Зои чувствовала, как исчезает. Ее тело стало легким, как перышко. Боль, пустота, ужас – все растворялось в Кэнди вместе с ее телом и душой. Последние обрывки сознания угасли. Зои исчезла без следа.

Эпилог.

Ноа и Марк сидели в ресторане. Официант принес лобстеров и слегка склонившись, отошел в сторону.

– Слышал, этой ночью умер мальчишка, Зак?

– Да, – вздохнул Марк, – ну вы тогда задали! Кэнди понравилось. Пять лет продержались без смертей.

Ноа нахмурился.

– Вы с Дианой все сделали правильно. Город все простил. Все сложилось лучше некуда. Кстати, как она?

– Стала еще капризнее, чем была, – вздохнул Ноа, – токсикоз мучает.

– Поговорите с врачом. Главное, сам не забывай отдыхать.

В ресторан вошли мужчина и женщина, а следом подросток. Парень сразу притягивал взгляд. Его волосы цвета вороного крыла слегка касались ворот рубашки. Глаза – глубокие и темные. В нем не было ни капли подростковой угловатости и неловкости. Правильные, почти безупречные черты лица – прямой нос, четко очерченные скулы, чувственные губы. Он осмотрел зал взглядом собственника. Марк поглядел на чужаков и улыбнулся.

– А вот и новый парень для Кэнди. Ладно, до встречи!

Ноа остался один. Он пристально глядел на парня. И правда, красив. Парень обернулся на его взгляд. Ноа отвел глаза в сторону и поспешил уйти.