Дед-отмороз по вызову

Новый год — то самое время, когда Великое Нечто жаждет подношений, а пьяный сброд хочет веселья, бухла и подарков на халяву. До проблем сброда Зигу дела не было, а до Нечта было, ибо оно, как он считал, обеспечивало удачу в делах на весь следующий год, требуя платы раз в двенадцать месяцев. Это его устраивало.

С утра он по ежегодной привычке расклеил по соседнему району объявы примерного содержания «Настоящий Дед Мороз поздравит Вас в новогоднюю ночь!» с новым, специально для этого дела купленным в переходе телефонным номером. До той самой ночи оставалась пара дней, потому опоздавшие с заказом Деда Мороза должны будут позвонить. Выход именно в эту ночь имел преимущество: во-первых, на ночь никто не закажет его для того, чтоб поздравить детей, ибо те спят; во-вторых, скорее всего, закажет его кто-то наиболее подходящий, так как вменяемый человек не будет звать к себе домой постороннего человека на такую дату; такие празднуют в кругу семьи или друзей, в крайнем случае, в одиночестве, а нужный ему контингент кого угодно приглашает для веселухи. Покончив с объявами, он пришёл домой и стал ожидать звонка, попутно готовя инвентарь: собственно костюм Мороза, мешок, в котором находились внешне целые бутылки разбавленной снотворным водки и им же заправленная закуска и безвредные конфеты больше для придания правдоподобности, чем для дела, нож в чехле и свечка. Специальная такая, из воска с человеческим сухожилием вместо фитиля. Звонок не заставил себя ждать; похоже, Нечто само помогало ему в деле.

— Алё! У вас внатуре дед мороз в ночь? — Голос и манера изъяснения не оставляли сомнений, что заказчик — то, что надо. — Вызвать хотим, ёпт!

— Внатуре в ночь, не сомневайтесь. — Ответил Зиг. — Вам обычного или по какой-то спецпрограмме?

На том конце послышался ржач.

— Прикинь, у них там спецпрограммы какие-то, бля!.. По программе, да, давайте по высшему классу!

— Есть программа для детей, есть для взрослых.

— Для взрослых давай, мы тут не дети! А Снегурочка у вас есть?

Зиг ответил, что есть и Снегурочка, мысленно отметив, что надо будет напрячь и её. Договорившись об оплате, отметив время и место прибытия и послушав в свой адрес псевдоостроумные подколы про Деда Мороза по вызову, он окончил разговор. Теперь надо было решить всё с исполнительницей роли Снегурочки. Его девушка, как и он, поклонявшаяся Великому Нечту, в последнее время стала скептически к этому делу относиться и могла отказаться. Тогда пришлось бы срочно искать выход из ситуации, придумывать новый план, а этого меньше всего хотелось. После некоторых уговоров и приведения аргументов она согласилась. Оставалось ждать назначенного часа.

31-го декабря вечером, переодевшись в изображаемых ими персонажей, они вышли из дома и направились к заказчикам. Место назначения в соседнем районе почти исключало возможность случайной встречи со знакомыми, но затрудняло ориентирование на местности. В итоге они пришли к многоэтажке, где, почти вслух матеря лифтовую службу, поднялись на четырнадцатый этаж к нужной квартире. Дверь без номерной таблички открыл уже достаточно заправленный парень в спортивном костюме и с надетыми на голову заячьими ушками.

— А мы т-тут вас уже не ждали, да! Ну проходите!

Они вошли в комнату, где за столом на диване на фоне ковра сидели несколько таких же парней и девушек, пьяных не меньше открывшего. В воздухе воняло какой-то пригоревшей закуской и перегаром. Посреди комнаты в ведре с песком стояла натуральная срубленная сосна, увешанная ёлочными украшениями и облепленная ватой и клочками фольги. Заказчики выразили недовольство по поводу излишней костлявости «снегурочки по вызову», но, увидев подарки, переменили настроение и захотели стриптиз в исполнении Снегурочки, сказав, что под такую водку с таранкой и такая таранка пойдёт. Та, скрыв оскорблённость, изобразила раздевание и танец вокруг ёлки вместо шеста, а Зиг ждал окончания, того момента, когда эти люди выпьют достаточно и заснут. Около часа спустя, в начале двенадцатого, они заснули. Снотворное сделало своё дело. Теперь пришла их очередь действовать. Сняв с ёлки ненужные украшения, а с людей — одежду, они приступили. Зиг ножом разрезал животы людей и разделял грудь, вырезал внутренние органы и подавал Снегурочке, а та развешивала их на ёлке: кишки как гирлянды, стараясь, чтоб дерьмо из них не выпадало наружу, а остальное как украшения. Три сердца они оставили в стороне, а голову одной девушки, показавшейся им самой красивой, они надели на верхушку; налив воска, поставили сверху свечку. Была уже полночь, когда они закончили. Подожгя свечку, они взяли по сердцу и начали есть их, разрывая мягкие волокна зубами и окропляя всё кровью из них. Из третьего Зиг выжал кровь на украшенную кровавыми потрохами ёлку, сказав на только ему известном языке или том, что он таковым считал, речь во имя Нечта. Сердце он возложил под ёлку и только после того как понял, что Нечто приняло дар, снова оделся в Деда Мороза, и они вышли, заперев дверь хозяйским ключом.

И только Нечто не даст их разыскать…