Create Next App

Когда я была маленькой, папа часто пропадал в рабочих командировках. Его компания в то время росла, как на дрожжах, папа курировал открытие её новых торговых точек по всей стране. Особенно загруженным выдался 2002 год, когда его отправили открывать магазин в небольшом городке Мидлсборо, в Пенсильвании. Назначение оказалось длительным и пришлось на лето, так что он взял меня и маму с собой.

Мы должны были провести там целых два месяца, поэтому компания предоставила нам обставленный двухэтажный дом в пригороде. Он стоял в конце довольно пустынной тупиковой улочки. Городок сам по себе был небольшим, чуть больше трёх тысяч жителей, а пригород, где мы должны были жить, и вовсе больше походил на деревню.

Наш райончик, Лонвуд, был относительно новым, многие дома в нем все еще пустовали. Эти пустые дома и окружающий район густой лес придавали ему немного жутковатый и довольно унылый вид.

К счастью, я была не единственным ребенком в Лонвуде, нашелся ещё один ровесник. Нам с Джейми было по 12 лет, и этого вполне хватило, чтобы подружиться.

Это было классное лето. Городской ребенок, я с энтузиазмом изучала все велосипедные дорожки, которые местные дети проложили в окружающем лесу. Мидлсборо был очень старым городом, его основали где-то в начале девятнадцатого века, так что он мог похвастаться долгой историей. Но заняться в нем было настолько нечем, что в один из особенно унылых воскресных дней мы с Джейми даже пошли в местный музей.

Как и ожидалось, там было смертельно скучно до тех пор, пока кто-то из детей не спросил сотрудника про “затерянный город”. Тот ответил, что это всего лишь легенда, но мое любопытство было уже не унять.

Я забросала Джейми вопросами об этом затерянном городе, но он, похоже, знал не больше моего. Прошло целых пять недель того лета, прежде чем я получила ответы на свои вопросы.

Как-то раз после обеда мы с Джейми делали над небольшим ручьем мостик для великов, когда заметили шумную ватагу из пяти ребят, которые направлялись вглубь леса. С собой они несли фонарики и пиво. Некоторые мальчишки, судя по всему, пытались уговорить девочек вернуться назад.

— Интересно, куда это они? — задумчиво протянула, покосившись на Джейми.

Он выпрямился и вытер лоб.

— Известно куда.

— Куда? — я тоже встала, отряхивая шорты от пыли.

Ощущение новизны от жизни в маленьком городке давно уступило место скуке, так что я хваталась за все, что казалось хоть немного любопытным.

— Идут искать Затерянный Город, — неохотно ответил Джейми.

— Так, серьезно, где это? Я же вижу, что ты знаешь больше, чем говоришь! Я должна знать, Джейми, я должна знать! — я начала трясти его за плечи, изображая истерику.

Он зашатался, теряя равновесие.

— Ладно! Я расскажу! Господи, Кэти! — подняв свой велик, он покатил его по тропинке.

Я схватила свой и последовала за ним.

— Затерянный Город – это просто дурацкая легенда. Говорят, что у Мидлсборо был город-сосед где-то неподалеку, в лесах. А потом, лет полтораста назад, весь город просто исчез. Люди разъехались или умерли, никто толком не знает, даже название города никто не помнит. Искать его – это что-то типа испытания среди местных ребят.

— Джейми, мы должны…

— Нет! — он резко остановился и повернулся ко мне. — Один парень вот так же ушел искать его в 70-х, и назад не вернулся. Его тело нашли лет десять спустя, черт знает, где. Он потерялся. Это несложно, в лесу все выглядит одинаково.

— Да он просто был полным придурком! Еще и под наркотой, наверное, семидесятые же! Мы с тобой совсем другое поколение, у нас есть спутники!

— Спутники? — он удивленно посмотрел на меня.

Я иногда забывала, что Джейми прожил в этом городке всю жизнь.

— Спутниковая навигация! У папы есть GPS-навигатор, вряд ли кто-то заметит, что он пропал на денек. Давай, Джейми, будет круто!

— Мне пора домой, — он посмотрел на часы и сел на велик. — Вечером мы с папой идем в кино.

Мы ехали в неловкой тишине, пока на переезде через заброшенную железную дорогу мне не пришла в голову идея. Старые рельсы почти заросли травой.

— Эй… я знаю, что ты не хочешь об этом говорить, но хоть что-нибудь вообще нашли?

— Нет. Ну, старший брат моего друга уверял, что однажды нашел где-то там человеческие кости, но ему никто не поверил.

— Ага. И где принято искать?

— Обычно все идут к озеру, — он указал налево, в сторону, куда направлялась компания подростков, которых мы видели у ручья, — оно довольно далеко, но все решили, что если уж в лесу когда-то был город, то он должен быть около озера. Так что обычно ищут там.

— Знаешь, что бы я сделала? Я б пошла по железной дороге. Смотри, она довольно старая. И раз уж ее проложили через лес, то она должна куда-то вести, так что я бы пошла по ней.

Джейми подумал немного и кивнул.

— Да, похоже на правду. Только по ней никто не ходит, тот погибший парень ушел именно в ту сторону.

Но меня было уже не переубедить.

Я не упоминала Затерянный Город в течение двух недель, пока не наступили мои последние выходные в этом городе. Родители устраивали барбекю для сотрудников нового папиного магазина и соседей. Мы с Джейми торчали у меня дома, играли в нинтендо и отчаянно флиртовали. Все лето между нами крепло чувство взаимной симпатии, но ни у кого не хватало пороху сделать хоть шажок в этом направлении. Но через пять дней я должна была уехать домой, и терять нам было уже нечего.

Его намерения были чисты и искренни, а вот я, должна признать, имела корыстные цели. Я надеялась, что он согласится отправиться на поиски Затерянного Города, чтобы произвести на меня впечатление. Легенда захватила меня без остатка, всю последнюю неделю я ежедневно спозаранку мчалась в библиотеку искать информацию об этом городе, но так ничего и не нашла. Однако была твердо уверена: легенды на пустом месте не появляются!

Я понимала, что если мы не успеем уйти до двух часов дня, то вряд ли реализуем мой план засветло. Рюкзак, в котором лежала вода, фонарик, камера и аэрозольный баллончик красной краски, уже ждал своего часа. Если нам придется уйти от железной дороги, то мы сможем оставлять метки, чтоб найти дорогу назад. Я казалась себе такой умной.

В итоге от всего этого не было никакого толку. Какой же я была дурой.

Опустив геймпад, я развернулась к Джейми.

— Слушай… хочешь сходить в лес в последний раз? — улыбнулась ему я, приподняв бровь.

— Да! — восторженно воскликнул он и спрыгнул с дивана.

Потом смутился и опустил глаза.

— Ну, в смысле… если ты хочешь, то было бы круто.

— Класс, пошли! — я схватила его за руку и потащила на улицу, по дороге прихватив стратегически расположенный на пути рюкзак. Джейми даже не заметил этого, несся быстрее меня.

Когда мы основательно углубились в лес, Джейми вдруг развернулся, бросил быстрый взгляд на мое лицо и поспешно опустил глаза. Смущенно потер шею.

— Я вообще-то, ну, все лето хотел тебя поцеловать.

Я была настолько ошарашена тем, что Джейми набрался смелости сказать подобное, что лишилась дара речи. Надо было чем-то заполнить неловкое молчание, так что я делала единственное, что пришло мне на ум: потянулась к нему и поцеловала.

Это был неловкий поцелуй двенадцатилетних детей, но все же меня бросило в жар, а в животе затрепетали бабочки. Похоже, мне и вправду нравился Джейми. Как вам такое?

Когда я отстранилась, его лицо было пунцовым, как и мое, наверное. Он поспешно заговорил о том, как долго собирался позвать меня на свидание, но не был уверен, что нравится мне. Какое-то время мы шли, обсуждая это: он ничего вокруг не замечал, а я исподтишка направляла его в нужную сторону.

Только споткнувшись о старые рельсы, он наконец прервал свой монолог и заметил мой рюкзак. Вид у него стал такой, словно я его ударила.

— Ты ж не всерьез?

— Джейми, я все понимаю, но сегодня мы в последний раз вместе, когда мы еще увидимся? Я хочу запомнить этот день! Это займет не больше пары часов, мы вернемся еще до того, как наше отсутствие заметят!

Джейми смотрел на железную дорогу, обдумывая происходящее. Я затаила дыхание, и он наконец тяжело вздохнул.

— Окей.

— Господи, Джейми, я… — он поднял палец, не дав мне договорить.

— Но мы не отходим от железной дороги и через час поворачиваем назад.

— Хорошо! — от избытка чувств я обняла его.

В первый и в последний раз.

По дороге мы болтали о всякой ерунде, иногда останавливаясь, чтоб убедиться, что не потеряли рельсы. По моим ощущениям мы шли минут сорок пять, когда Джейми, посмотрев на часы, вдруг сказал что прошло уже три часа.

— Ерунда какая-то… не могло пройти три часа. Но сейчас пять вечера, — он замолк.

— Быть не может, мы вышли около двух. Сейчас не может быть пять, у тебя часы сломаны, — я шутливо толкнула его.

Джейми глянул на меня, поднял брови и улыбнулся.

— Даже если так, нам, наверное, пора возвращаться.

Возразить было нечего, солнце клонилось к закату. Тени стали длинными, и я, оглядевшись, подумала, что часы Джейми могут быть исправны.

Но я еще не готова была сдаваться. Пока мы шли, я заметила справа, метрах в пятистах от нас, что-то большое и темное, более плотное, чем окружающий лес. Эта штука имела ровные, явно рукотворные очертания.

— Джейми, смотри-ка.

— Я надеялся, ты не заметишь, — он обернулся, — но это слишком далеко от путей. Мы потом ни за что рельсы не найдем.

— Найдем, зацени! — я триумфально предъявила ему баллон с краской. — Будем ставить метки на деревьях.

Он взял баллончик, потряс и нарисовал пробный крест на ближайшем дереве.

— Окей, но метки ставлю я.

Я и не подумала спорить.

Чем ближе мы подбирались к темной массе, тем более четкими становились ее очертания. Поначалу стало ясно, что это какое-то здание. Потом, что зданием была церковь. К тому времени, как мы добрались до входной двери, было очевидно, что мы стоим перед очень старой и разваливающейся часовней. Вспомнив про фотоаппарат, я сфоткала деревянную табличку у двери. Что бы там ни было написано, слова давно стерлись. Мы восхищенно обошли часовню вокруг. Она была довольно маленькой, может, квадратов пятьдесят. Стекла, на удивление целые, были покрыты таким слоем грязи и пыли, что заглянуть внутрь было невозможно.

— Как нам туда попасть? — негромко спросила я.

— Еще не знаю, но мы сейчас выясним! Подожди, вот узнает про эту штуку мой брат. Просто, охренеть, только посмотри на это! — его энтузиазм был заразительным.

На входной двери была ручка, но, как мы не тянули, дверь не поддавалась.

— Как думаешь, она заперта? — спросила я, глядя, как Джейми воюет с дверью.

— Может быть. В смысле, должна бы, наверное. Но я видел дверь с другой стороны.

Задняя дверь оказалась более дружелюбной и поддалась без особого сопротивления. Мы оказались в небольшой комнате с деревянной столешницей, прикрепленной к стене. В крохотном офисе был маленький камин, на стенах висели старые портреты. Люди на портретах, все на одном и том же багровом фоне, неодобрительно смотрели на нас сверху вниз. Всюду были разбросаны книги, большинство на совершенно незнакомом мне языке. Пол покрывал слой грязи, в углу валялись небрежно брошенные старинные ботинки.

— Вау, — восхищенно выдохнула я.

— Да, вау, — по лицу Джейми расползлась широкая улыбка, в руках он держал распятие и какую-то бумагу.

— Что это? — я подошла посмотреть.

— Список имен. Тут человек шестьдесят, может, перепись населения?

— Дай посмотреть, — вытащив из рюкзака фонарик, я посветила на листок.

— Дипвуд. Как думаешь, это название города? Все имена вычеркнуты, кроме вот этого, — я указала на самое нижнее.

— Может, тут была чума?

— Хочешь сказать, это список погибших?

— Это может быть чем угодно, почему бы нет?

Я прошлась по комнатке, облокотилась на стол.

— Как думаешь, куда он делся? Я имею в виду, смотри, тут что-то типа куртки на стуле, в углу ботинки. Местный священник, или кто это был, он что, просто взял и ушел, бросив все это?

— Или умер, — предположил Джейми, сложил лист и убрал его в рюкзак.

— Да, умер… в любом случае сидеть тут одному было, наверное, жутко, — я несколько секунд не сводила глаз с одного из портретов.

Молодая женщина, казалось, смотрела с него прямо на меня обвиняющим взглядом. Мне стало не по себе.

Поглощенная портретом, я не замечала потрескивание над головой до тех пор, пока потолок не начал с громким хрустом прогибаться внутрь. Я закричала, прикрываясь руками, а в следующуюу секунду уже лежала на спине за порогом. На мне лежал Джейми, тоже прикрывая голову руками.

— Э… спасибо, — промямлила я, мягко отпихивая его от себя.

— Не стоит благодарности, — он встал и отряхнулся.

За его спиной мне был виден офис, теперь до потолка заваленный ветхими обломками крыши.

— Джейми, там был выход.

— Ничего страшного, теперь мы сможем открыть переднюю дверь. Или окно разобьем.

Если в задней комнатке было просто не по себе, то основное помещение часовни внушала откровенное беспокойство. Грязные окна давали мало света, но все равно можно было различить восемь рядов скамей по сторонам узкого прохода и высокий помост в передней части часовни.

Мы с Джейми прошлись по маленькому нефу и разбили стекла подобранными кусками дерева. Я не ожидала, что это сильно поможет, ведь солнце уже садилось. Разбив последнее окно, я обернулась и разочарованно убедилась, что светлее не стало. Будто небольшая часовенка отторгала свет.

Деревянные скамьи совсем прогнили и развалились. Куски дерева, которыми мы били стекла, оказались ножками от скамей первого ряда. Узкий проход между скамьями был завален прелой листвой и гнилым деревом. Но все это ни в какое сравнение не шло с тем, что стояло на алтаре.

Это не был помост, как я подумала поначалу. Перед скамьями возвышалась статуя распятого Христа, но таких статуй я не видела никогда. На ней не осталось ни капли краски – кроме крови на ранах от гвоздей, которая была яркой, реалистичной и, казалось, прямо на наших глазах текла из пробитых отверстий. Только одна часть статуи сопротивлялась разложению не хуже ран, это было лицо Иисуса. Черты его были удивительно подробными и четкими, обвиняющий взор напоминал о портретах в кабинете священника. Он будто не сводил с меня глаз. Ручаюсь, Джейми чувствовал то же самое, хоть и стоял на другой стороне комнаты.

Взгляд статуи нагонял на меня почти панический страх, я вдруг почувствовала, что нам нужно уходить. Нам тут были не рады. Будто мы зашли без разрешения на какую-то священную землю. Мы нашли часовню, у нас есть бумага с именами в качестве доказательства — пора бы уже возвращаться.

Повернувшись к Джейми я сразу поняла, что он моих чувств не разделяет. Он родился и вырос посреди этих легенд, и сейчас ничто не могло оторвать его от нашего открытия. На моих глазах он бросился к рюкзаку за фотоаппаратом. Все, что казалось ему хоть немного интересным, немедленно фотографировалось, даже статуя распятого Христа, отчего мне стало еще неуютней.

Я дала ему несколько минут, а потом рискнула.

— Джейми, по-моему, нам пора уходить, — негромко сказала я.

Он остановился и посмотрел на меня так, будто только что обо мне вспомнил.

— Шутишь, что ли? Ты же именно это и искала! Нам нужны доказательства того, что мы тут были.

— Через полчаса совсем стемнеет. Тут уже почти ничего не видно…

— Пф, ну, поэтому я и фотографирую со вспышкой? Слушай, а сфоткай меня возле этого крипового Иисуса, а?

— Ну, если хочешь… — промямлила я, принимая у него камеру.

Мне смотреть-то на распятие не хотелось, не то что фотографировать, но если это поможет поскорее свалить отсюда, я должна была набраться смелости.

Когда я делала снимок, Джейми вдруг приобнял статую.

— Не трогай! О, черт, зачем ты его трогал? С этой штукой что-то не так, Джейми. Мы уже можем сваливать?!

— Ладно, ладно, — Джейми пошел за рюкзаком, а я зашагала к передней двери.

Не заметив на ней замка, я начала изо всех сил толкать, но дверь даже не шелохнулась. С этой стороны не было даже ручки, просто сплошной кусок прочного дерева со странными знаками на нем. Я никогда не видела таких символов.

— Джейми, дверь заклинило, — обернувшись, я обнаружила что он ковыряет ногой куски дерева на полу.

— Ты что там делаешь? — в моем голосе уже слышались нотки паники.

Он все еще был перед статуей, прыгал с одного участка пола на другой. Обвиняющий взор Иисуса, казалось, следил теперь только за ним.

— Тут что-то под полом. Слышишь? — доска под его левой ногой затрещала, когда он перенес на нее свой вес.

— Джейми, перестань.

— Не, тут как будто пустота под полом, — он опустился на колени и стал разгребать грязь, — похоже на люк или что-то типа того!

Это действительно был люк в полу. Пока я шла по проходу между скамьями, Джейми уже наполовину расчистил крышку.

— Давай просто оставим это, чтоб твой брат с друзьями могли прийти и посмотреть что там. Пожалуйста, Джейми, я хочу уйти, — это место было каким-то неправильным.

Ужасно неправильным. От одной только мысли о том, чтоб провести тут еще хоть минуту, я была на грани панической атаки. Последний раз такое со мной было больше года назад.

Я опустилась на ближайшую скамью и сжала голову ладонями. Дышать стало трудно, в ушах шумело. Мне нужно выбраться отсюда, пусть даже одной. Я раскачивалась вперед-назад несколько минут, пытаясь успокоиться. Просто вылезу в окно и побегу — не важно куда.

— Тут что-то есть, под часовней, — голос Джейми прозвучал словно издалека.

Когда мне удалось успокоиться достаточно, чтоб хотя бы поднять голову, он уже был рядом со мной.

— Я не знал, что у тебя клаустрофобия, — сказал он.

Или что-то вроде этого, я не уверена, потому что лучше всего помню ужас, охвативший меня при виде черной дыры в полу. Джейми открыл люк.

— Две минуты, — сказал Джейми, вставая. — Спустимся, сделаем несколько фоток того, что там есть, потом сразу наверх и домой. Всего две минуты, Кэйт, больше ничего не прошу.

Я хотела отказаться. Я правда хотела. Но вместо этого я кивнула, и Джейми помог мне встать. До сих пор не понимаю, почему согласилась. Но наверное хорошо, что Джейми был не один, когда это случилось с ним там, внизу.

— Когда мы вернемся, это будет сенсация! Что если там внизу что-то ценное? Всякая старая хрень стоит кучу денег. Мы можем разбогатеть! Может, вы даже сможете остаться жить тут? Сможете купить этот дом и в сентябре мы пойдем в школу вместе.

Я выдавила слабую улыбку. Из всех возможностей, которые открывало перед ним богатство, Джейми думал лишь о том, как удержать меня рядом. И он был прав, внизу могло быть что угодно, а антиквариат почти всегда дорого стоит. Я сделала глубокий вдох.

— Окей, две минуты.

Первое, что мы почувствовали, когда наклонились и заглянули в люк, это теплый воздух, поднимавшийся из него. Вторым, что привлекло наше внимание, была уводящая вглубь спиральная лестница, которая в этом месте выглядела странно и чуждо.

Джейми ногой катнул ко мне фонарик и, пока я поднимала его, вытащил из кармана зажигалку.

— Дамы вперед, — ухмыльнулся он.

Я уставилась на него, раскрыв рот.

— Ни за что. Ты нашел люк, ты и иди первым.

Из-за черной спиральной лестницы и поднимающегося снизу теплого воздуха у меня возникало ощущение, что мы собираемся спускаться прямо в ад. Идти туда первой у меня не было ни малейшего желания. Для демонстрации решительности я скрестила руки на груди.

Джейми пожал плечами и шагнул на лестницу.

Пока он шаг за шагом спускался вниз, во тьму, я сделала несколько глубоких вдохов. Я едва не передумала. Сомнения все еще одолевали меня, когда он крикнул снизу, чтоб я посветила ему фонариком.

И я стала спускаться за ним. Лестница уходила гораздо глубже, чем можно было подумать, и чем глубже му опускались, тем теплее становилось.

Когда мы наконец добрались до дна, я уже изо всех сил сдерживала надвигающийся приступ паники. Я и представить не могла, что мы окажемся так глубоко под часовней. Воздух был горячим и спертым, дышать было трудно.

В надежде поскорее покончить с этим, я повела лучом фонаря вокруг, чтоб увидеть скрытые здесь сокровища. У меня не получится описать то, что я увидела, хоть я и пыталась много раз.

Комната была совершенно пуста, за исключением двух вещей. Первой был стол в углу, почти такой же, как в комнатке пастора наверху. Второй была еще одна статуя.

Она была примерно трех-четырех метров высотой, и пой сей день я не встречала зрелища ужаснее. Мягко говоря, это было что-то вроде демона. Он возвышался над нами, и с того места, где я стояла, мне был виден только низ его челюсти. Взгляд его был направлен прямо на лестницу, по которой мы спустились. Длинный хвост извивался по всей комнате, почти не оставляя места для ходьбы. У него были когти, прямо как у демонов на современных изображениях, а когда я отошла немного в сторону, то заметила еще и рога.

Мы с Джейми не проронили ни слова, пока вдоль стеночки пробирались по комнате, стараясь держаться как можно дальше от статуи. Я осторожно перешагивала через извивы хвоста, заходя ей за спину и дальше, чтоб посмотреть с другого боку.

Мои глаза ни на миг не отрывались от изваяния, я не знала, чего ждать. Если статуя наверху, казалось, кровоточила, то на что способна эта? Когда я разглядывала когти на одной из огромных каменных лап, Джейми нарушил тишину.

— Ты только посмотри на это! — его голос раздавался с другой стороны комнаты.

Я поискала во тьме крохотный огонек его зажигалки и с облегчением обнаружила, что он движется в мою сторону. Направленный вверх луч фонарика осветил массивный профиль демона. Его рога были, наверное, с полметра длиной. Опуская руку с фонариком, я больно ударилась обо что-то.

— Ой, моя голова! — взвыл Джейми, а фонарик выпал из моей руки и закатился под стол.

— Черт возьми, Джейми! — в панике зашипела я и, опустившись на колени, стала шарить руками под столом в поисках фонарика.

— Что? Я не виноват, что ты мне по башке заехала!

Отыскав фонарик, я поднялась и повела лучом вокруг. Джейми пытался зажечь потухшую зажигалку, но вовсе не это зрелище заставило меня в ужасе замереть.

Этот момент навеки отпечатался в моей памяти. По какой-то причине я не могла сказать ни слова, не могла ни закричать, ни шевельнутся. Все что мне оставалось, это чувствовать, как глубоко внутри себя я погружаюсь в безумие.

Луч фонаря, осветив лицо Джейми, выхватил из тьмы еще одно лицо рядом с ним. Искаженное, разъяренное, бездушное – лицо демона. Статуя склонилась и развернулась в сторону, ее голова была в каких-то сантиметрах от головы Джейми. Взгляд демона был устремлен на меня. Я не смогу описать эти глаза, вряд ли рассудок позволит вспомнить их в деталях.

Я в буквальном смысле содрогнулась. Тело реагировало на это немыслимое зрелище на каком-то темном, животном, инстинктивном уровне. Джейми наконец заметил, как пляшет в моей руке фонарик, и повернулся, следуя за моим взглядом.

Только услышав его крик, я наконец вышла из ступора. Фонарик выпал из моей руки, Джейми выронил все остальное, и мы бросились бежать.

Мы летели через 2-3 ступеньки за шаг, Джейми все подталкивал меня в спину. На середине лестницы я споткнулась, и мы ссыпались вниз, потеряв почти половину пройденного пути. В этот кошмарный момент снизу послышался скрежет камня, и мы поняли, что статуя пришла в движение. Джейми закричал, но я была слишком напугана, чтоб выдавить хотя бы писк. Поднявшись, мы опять начали карабкаться вверх, не сводя глаз с маленького клочка меркнущего дневного света, который теперь был нашим единственным спасением.

Люк был уже близок, когда мы услышали, как оно поднимается за нами. От его веса содрогалась вся лестница. В ужасе, что она сейчас обвалится и мы окажемся внизу наедине с монстром, мы пулей пролетели последние ступени. Джейми попытался захлопнуть люк, но он почему-то застрял.

Оглушительный грохот снизу говорил о том, что демон продолжает подъем. Я попыталась помочь Джейми закрыть люк, и только теперь рассмотрела символы на внутренней стороне крышки. Точно такие же, как на входной двери.

Прежде, чем я смогла что-то сообразить, в падающем в шахту свете мелькнул силуэт демона. Он приближался. Джейми тоже заметил его и, вскочив, потянул меня в сторону входной двери.

Вдвоем мы со всего разбега врезались в нее, но дверь даже не шелохнулась. Все попытки были бесплодны.

— Кейт, окна! — мы кинулись к ближайшему из них и попытались вскарабкаться по стене, чтоб вылезти наружу, но проем был слишком высоко.

Грохот из люка становился все громче, все ближе. Тварь была уже на полпути…

Мы попробовали карабкаться к окну по скамьям, но прогнившее дерево крошилось под нашим весом.

— Я тебя подсажу, давай ногу! — Джейми приходилось кричать, чтоб я могла услышать его за грохотом из люка.

Я замотала головой. Мне хотелось, Боже, мне очень хотелось сделать это, но я не могла оставить Джейми. Не могла позволить ему в одиночку встретиться с этой тварью. Вместе мы опять оглянулись на дверь. Единственный наш шанс был в том, чтоб бороться до конца. Взяв хороший разбег в проходе между скамьями, мы что было сил разбежались и врезались в дверь. Мне показалось, что она дрогнула. Отойдя еще дальше, мы попробовали снова. В этот раз я от удара отлетела назад и упала в проходе, Джейми тоже еле устоял на ногах. Увидев ужас в его глазах, я оглянулась, чтоб увидеть, как из люка в метре от места, где я сидела, показались каменные рога.

Мы должны были умереть тут. Не оглядываясь, я поднялась на ноги. Со следующим шагом твари, ее голова должна была показаться над полом, и мысль о том, что мне опять придется смотреть ей в лицо, заставила меня врезаться в дверь со всей силой, что у меня была. Джейми ударил одновременно со мной, и она подалась под нашим весом. Мы с треском вывалились за порог и рухнули наружу.

Я даже сообразить ничего не успела, как Джейми вздернул меня на ноги, и мы, словно олимпийские спринтеры, помчались к железной дороге. Но как бы далеко мы не отбежали от часовни, грохот тяжелых шагов по винтовой лестнице был отчетливо слышен. Каждый шаг раскатывался по лесу, словно выстрел, пока не наступила тишина. Оно было наверху.

я понятия не имела, бежим мы к дому, или наоборот углубляемся в леса, чтоб навеки в них затеряться. Было уже темно и быстро холодало. Железной дороги нигде не было видно, и я уже начала паниковать, что мы никогда ее не найдем, когда вдруг поняла, что Джейми рядом нет. Испуганно обернувшись я увидела его растянувшимся во весь рост на земле — он споткнулся о рельс. Не успела я спросить, что с ним, как Джейми вскочил и бросился вдоль путей к дому. Мы бежали, пока могли переставлять ноги.

Потом бег стал замедляться, превратился в быстрый шаг, потом в обычный. Мы оба молчали, не знали, что сказать. Только когда дыхание уже полностью восстановилось, Джейми нарушил тишину.

— Сколько мы уже идем? — в его голосе слышался еле сдерживаемый страх.

Бросив взгляд на его запястье, я заметила, что он где-то потерял часы.

— До этого… места мы дошли гораздо быстрее. Или нет? Тебе не кажется, что мы идем не в ту сторону? — нерешительно спросил он.

Я не могла допустить подобную мысль. Если мы каким-то образом ошиблись направлением и бежали дальше вдоль железной дороги, то сейчас забрались очень глубоко в леса.

— Нет, мы правильно идем, — уверенно сказала я, чтобы саму себя убедить.

— Эта штука, — начал Джейми, — я сначала подумал, что это статуя, но что если это, типа, какая-то неизвестная науке гигантская рептилия, которая была там в анабиозе, а мы ее разбудили?

То есть, мы попробуем сделать вид, что этому есть научное объяснение. Я могла его понять, но принять это не могла.

— Ага, — осторожно сказала я, — а ты, ну, тоже заметил те странные знаки на двери? И на люке в полу тоже. Думаешь, это они удерживали его внизу? Просто, Джейми, все двери теперь открыты.

— Ну, если это животное, то читать оно не умеет.

— Да, если… — я замолчала, ожидая, что Джейми начнет спорить.

Он не стал.

Было видно, что Джейми не мог принять произошедшее. Но он не видел лицо этого существа, как я. Это не животное. Оно было сделано из камня. Это было угрожающее и древнее зло, и оно посмотрело мне в лицо, заглянуло прямо в душу. Оно знало меня, а я знала его. И теперь оно было свободно. Что бы ни держало его внутри часовни, мы с Джейми неуклюже разрушили это. Тварь могла свободно бродить по лесу и направлялась неизвестно куда.

Мы брели еще около получаса, как вдруг Джейми встал как вкопанный и закричал.

— Здесь! Мы здесь!

Он сломя голову понесся навстречу мелькающим впереди лучам фонарей, и я бросилась следом. Едва добежав до родителей, он упал в обморок, а я, обхватив маму, разрыдалась, как маленькая девочка. Сил сдерживаться у меня больше не было.

Согласно полицейскому отчету, нас обнаружили около четырех утра, хотя по нашим ощущениям после заката прошло часа три. Мы пробыли в часовне не больше часа, но умудрились потерять там около десяти часов. Никто и никогда не узнал, где мы были и что нашли. Мы просто сказали что пошли гулять к озеру и заблудились.

Мы с семьей уехали из Мидлсборо в следующий понедельник, на два дня раньше запланированного. Папе нужно было открывать новый магазин, и не было смысла тянуть с отъездом. Джейми не пришел попрощаться и, после отъезда из Мидлсборо, мы больше никогда не виделись. Я все еще храню копию полицейского отчета, на память о нем.

В течение следующего года Мидлсборо постепенно исчез. Поначалу я просто чувствовала, как необычно быстро выветриваются из памяти воспоминания о нем. Родители вообще с трудом вспоминали, что мы были там, и это пугало меня еще сильнее. Я прикрепила полицейский отчет к потолку над кроватью, чтоб Джейми был первым, о чем я подумаю утром и последним, что я вспомню перед сном.

Потом из интернета пропали сайты города Мидлсборо, его газеты и двух школ.

Магазин, который папа открыл в 2002, исчез с сайта его компании. После этого мне ни разу не попадались какие-либо упоминания Мидлсборо.

Годами я искала полное имя Джейми в общедоступных источниках, но ничего не нашла. Я даже наняла кое-кого, чтобы искать в не совсем доступных источниках, нелегально, но и это не дало результатов. В конце концов единственным доказательством того, что Джейми вообще существовал, был полицейский отчет, в котором упоминалось его имя.

А потом пропал и он. Однажды утром бумага, которая столько лет была прикреплена к потолку над моей кроватью, оказалась чистой. Я помню, что это, и как выглядело раньше, но теперь это просто пустые, пожелтевшие от времени листы.

Все, что осталось от Мидлсборо и людей, которые жили в нем, это воспоминания в моей голове. Вот почему я пишу это, вот зачем публикую в интернете. Все, что попало в сеть, никогда не исчезнет, верно? А может, однажды этот текст исчезнет, и вы даже не будете помнить, что читали его. А я забуду, как писала.

Мне остается только надеяться, что все закончится в Мидлсборо. Если это начнет распространяться на другие города, заметит ли кто-то? Сможет ли хотя бы вспомнить?

Я хотела бы знать ответы, но все что у меня есть – это вопросы.

Оригинал: The Lost Town of Deepwood, Pennsylvania

Автор: C.K. Walker

Другие произведения автора

Борраска
Комната 733
Время идет
Мальчик в переулке
Кукла Бетси
Возвращение в Дипвуд в Пенсильвании